начала стонать во весь голос, переходя на крик. В этот момент Паша увидел у неё на писечке кусочек трусиков, вынул пропитанное смазкой нижнее бельё и вставил его в ротик девушке, чтобы заглушить стоны.
Наконец поезд набрал максимальную скорость. Грудь и влагалище жгло от силы тока. Судороги сводили тело проводницы.
Вдруг Павел нажал на кнопку конденсатора, и подача тока прекратилась. Боль ушла, и девушка, не понимая, что произошло, хлопала глазами, глядя на Пашу.
С улыбкой Паша отпустил кнопку, и сильнейший разряд потряс тело девушки. Из глаз брызнули слёзы, а ножки в судороге упёрлись в стенку купе напротив сиденья. Трусики во рту едва сдерживали крик.
Павел снова нажал кнопку, и ток пошёл в конденсаторы. В этот момент Диана попыталась перевести дыхание. «Пожалуйста, нет!» — промычала она, хотя всё её существо требовало большего.
Паша следил за стрелкой заряда конденсатора. Когда стрелка достигла максимума, он отпустил кнопку.
В этот момент раздался сильный щелчок, свет погас, и в темноте можно было увидеть, как в местах, где были подключены провода, проскочили синие электрические дуги. Свет снова включился. Тело девочки выгнулось дугой. Крик боли и удовольствия, который не могли сдержать трусики, заполнил купе. Запахло палёной женской плотью.
Судорога скрутила мышцы мочевого пузыря, и проводница начала мочиться на сиденье. Её голова запрокинулась назад, сильно ударившись о стенку купе. Затем она вскочила на ноги, сделала пару шагов в сторону и упала на колени. Провода, натянувшись, сорвали крокодилы с мест установки вместе с кусочками кожи, и ток перестал поступать.
Ничего не понимая, Диана попыталась сделать несколько шагов, но силы покинули её, она пошатнулась на каблуках и потеряла сознание, завалившись на бок.
В неге жизни