стал сразу начинать прыгать на его члене, мне захотелось сначала насладиться тем, как эта елда наполняет меня. Я расправил таз и всем весом опустился, нанизываясь на пенис, положил руки на плечи своего любовника, затем посмотрел в его глаза. Мне дико захотелось его поцеловать, я инстинктивно потянулся к его губам и увидел, как он на долю секунды тоже потянулся в мою сторону, но в последний момент осёкся. Всё-таки вряд ли его друзья, находящиеся рядом, поняли бы всё правильно, если бы он начал целоваться в губы с педиком, который только что глотал член. И тут я понял, что мой мужчина гомосексуал. Я пролетел лицом мимо него и просто прильнул своей грудью к его телу так, что его голова оказалась в районе моей шеи. Он тоже прижался ко мне: прикосновение его лёгкой щетины к моей шее и ключице было настолько приятным, что по телу у меня пробежали мурашки. Я проникся глубочайшим сочувствием к этому человеку: ведь он подвергался в нашем несовершенном обществе целому спектру дискриминаций. Будучи чернокожим, он страдал от расизма, будучи представителем рабочей профессии (судя по натруженности его рук), он страдал от классизма, а будучи геем, ещё и подвергался гомофобии. При этом единственное, что я мог сделать для него прямо сейчас, - качественно обслужить его сексуально. Я твёрдо решил, что сделаю это так хорошо, как только смогу, и начал двигаться вверх и вниз, давая ему возможность отдохнуть и насладиться моим телом.
Вместо обеденного перерыва