опустилась перед мужем на колени и, развязав пояс на мужском халате, взяла у мужа в рот. Светловолосая голова заработала, а Арина, вздрагивая от движений пальцев папы по половым губкам, широко раскрывшимися глазами жадно следила, как рот матери колечком скользит по толстенному стволу, увитому венами.
— Я тоже так хочу! - пискнула дочь тонким голоском, в котором смешивалось наслаждение от ласк и капризное желание новой игрушки. Стелла отстранилась, между ее губами и раздутой головкой протянулась серебристая ниточка смазки.
— Какие нынче шустрые детки пошли! Один ебет мать так, что и отцу не всегда достается, вторая еще полноценной женщиной не стала, а уже отсосать хочет...
— Ну, мааам!
Павел, сбросив халат, расположился на подушках, выставив здоровенный член вверх, и Арина с лихорадочно блестевшими глазками обняла мягкими губами навершие, начала его натурально посасывать. Стелла устроилась мужу под руку и с улыбкой наблюдала, как дочь играет языком и губами с папиным членом.
Тайком от соавтора сгенерировала персонажа отца
— Стелла, разве ты не будешь учить дочь, как сосать хуй?
— Ай! – отмахнулась женщина. – Потом Лёнька научит. Ты же, Арина, не против сосать и давать брату?
— М-м-м... Не против... - Арина на миг оторвалась от устрашающей головки, подняв лицо, измазюканное вокруг нежных губ слюнками и мужской смазкой. – А у него тоже такой же большой и красивый хуй?
— Такой же, такой же, не переживай...
— Ох, как же классно, - проворковала дочь, между словами коротко подлизывая член отца, - я сейчас кончу, только отсасывая папе!
— Ну, пока ты не отсасываешь, а только баловством занимаешься...
— Ну, мааам!...
—. .. но потерпи с оргазмом, кончать лучше с хуем в пизде. Поверь, мама знает, что говорит...
Стелла уложила дочь попкой на подушку, приказав широко раздвинуть ноги, а потом, когда муж встал на коленях перед беззащитной дырочкой, чуть разошедшейся - словно приглашающей член к себе, - поводила головкой по складкам, безжалостно сминая их.
— Мамочка, пожалуйста!
— Вот, как что-то надо, так сразу «мамочка», - проворчала Стелла, но, раздвинув пальцами половые губки дочери, направила дубинку твердющего члена во влагалище.
— О, да! – вскричала дочь, едва самое навершие члена папы только-только раздвинуло нежные половые губки. – Какой горячий хуй! И твердый! И большой! Папочка, я тебя люблю! Еби меня!
— Ты удивишься, какой он на самом деле большой, - пробормотала себе под нос Стелла, слегка улыбаясь и придерживая отдувающегося мужа, который порывался засадить дочери со всего маху.
Мать позволила папе поиграть с дочерью, слегка вводя и выводя неимоверно раздутую головку из узкой, тугой дырочки, а потом слегка шлепнула его по заднице:
— Сейчас!
И отец задвинул резким ударом своей малышке, предельно раскрытой перед ним во всем великолепии такого юного и такого сочного тела. От этого удара попка Арины взлетела над подушкой, а сама она вскричала, крепко зажмурившись:
— И толстый!!!
— Все-все, Ариночка, - мать погладила по голове дочь, внутри которой находился здоровенный елдак мужа и отца, - уже все, теперь ты по-настоящему папина дочка. Как ты себя чувствуешь?
— По-моему я поняла, что чувствует сова, которую натянули на глобус, - сквозь слёзки, сбежавшие по вискам от уголков глаз, пролепетала Арина. – Однако, хоть и больно, но мне нравится. Хочу-хочу-хочу, чтобы папа меня выебал до конца.
— Вот же, неугомонная сучка, - с улыбкой восхитилась Стелла. – Продолжай, Паша, только потихоньку.
Отец подхватил дочь под коленки и принялся совершать поступательные движения, вводя в нее толстенный член в обрамлении чудовищно растянутых половых губок.
— Ох, как хорошо! – застонала Арина, уже пытаясь сама насадиться на здоровенный половой орган. – Как же
Блаженство и восторг