Наклонившись вперед, Кристи потерлась щекой о теплую внутреннюю поверхность бедер, попробовала мягкую кожу губами, потом приблизила лицо к женскому лону и втянула воздух. К ее удивлению, никакого характерного, чуть пряного интимного запаха, которого она ожидала, не было. Не было ничего, кроме тонкого весеннего аромата цветов — нарциссы, может, розы, или еще какие — девушка не могла разобрать. И этот аромат опьянял, будоража воображение. Пальцами Кристи чуть раздвинула пухлые губки и приложилась ртом в самый центр ее сочной киски.
— Вот так! Дааа! — Донесся до нее шепот старшей медсестры. — Продолжай! Ешь меня!
Девушка начала целовать и облизывать возбужденную киску — поначалу медленно и неуверенно, потом быстрее. Ей понравилась ее мягкость, ее податливая шелковистость и сладость. Она двигала губами вверх и вниз по щелочке, наслаждаясь ощущением бархатной, влажной и терпкой плоти. Потом пощекотала кончиком языка крупный упругий клитор, взяла его между губами и начала посасывать.
Запрокинув голову, сестра Биддл начала крутить бедрами, и двигать задком. Сжав своими руками половинки грудей и пощипывая соски, она постанывала в унисон движениям девушки.
Все закончилось на удивление быстро, и в кульминационный момент под языком Кристи ее лоно запульсировало, а тело начало содрогаться от одного спазма за другим. Когда же все закончилось, сестра Биддл посмотрела на Кристи затуманенным взглядом, и погладила ее по щеке.
— Спасибо, дорогая, — произнесла она, глядя в глаза своей новообретенной молодой любовницы. — Это было прекрасно!
Кристи ничего не ответила. Она не испытывала ничего, кроме легкого стыда и угрызений совести — но, по крайней мере, на данный момент ее работе ничего больше не угрожало.
Новогодняя ночь в гостях