И вообще я еще хочу! Хочу быть давалкой для братика, его спермоприемницей анальной, но пизденку не дам, низззззяяяяя» – тянет девушка с наслаждением.
«Мало ли что ты хочешь?» – говорит голос. – «Ты оглядывайся по сторонам, думай что делаешь, но не в убыток себе» – смягчился голос.
– Я и оглядываюсь и кайфую в отличие от тебя, вот ты старая бубнилка, задолбала, – не без самодовольной улыбки тихо произносит Надя.
С кайфом на красивом личике девушка вспоминает, что специально подложила новый комплект с утра. Она и сама уже горит желанием увидеть мощный хуй, стреляющий спермой на белое прозрачное кружево. От этих фантазий сосочки напряглись, немного продавили лиф и даже через блузку стали проступать сексуальными бугорками, в животике вспорхнули стаи бабочек.
Девушка изящно присела на коридорный пуфик. Строгая черная юбка-карандаш, скрывающая худенькую, но аппетитную попку, приятно захрустела на буйволовой коже дорогой мебели. Надя почти трясущимися руками стала снимать изящные туфли-шпильки с красивой застежкой, имитирующей полет птички колибри.
Вот и сейчас от воспоминаний прекрасного анального секса в писечке становится неприлично мокро, а внизу сексуального животика жарко! Покончив с туфлями, Надюша бесшумно двигалась, ощущая через нейлон чулок приятную прохладу пола. Быстро зайдя к себе в комнату, она проворно перебирает пальчиками пуговички шелковой блузки. Расстегнула ее. Миг и белая ткань скомкано лежит на кровати.
«Юбка... Снять?! Нет!!! Юбка, это так сексуально! Не сниму, лучше сейчас пойти в лифчике и в юбке в ванную и спалить негодника!» – размышляет Надежда.
Он не закрыл даже дверь, поэтому сестра смело зашла к нему. Надя видит Виктора в ванной с членом в руке. Прозрачные сексуальные трусики скользили по крепкой залупе блестящей от масла. Яйца висели аппетитным кожаным мешком вызывая обильное слюноотделение и жар в мокрой пизденке, изнывающей по пальчикам, мастурбатору, крепкому хую, по всем предметам дарящим кайф одновременно!
– Виииииитяяяя! – тянет сестра, а сама поедает взглядом крепкий хуй брата.
Она задыхается от желания схватить эту залупу, сесть на корточки и как похотливая сука чавкать этим прибором во рту прямо тут, без устали рассасывая головку у жезла сладострастия. И пусть промокнут трусики и юбка, пусть вообще все промокнет. Главное – одержимо сосать, дать ему свой похотливый рот для ебли, как несколько дней назад попку, которая подарила обоим сладостное наслаждение. Братик неожиданно смущается, краснеет, но не теряется...
– Надя, – едва выговаривая онемевшим языком, – это не то, что ты подумала!!!
– А что тут думать? Тут все и так видно, – хитро улыбаясь, говорит сестра, – дрочишь хуй бесстыдно на трусики сестренки. Я тысячу раз говорила тебе, что это плохо! – сделав акцент на слове плохо, девушка не унималась. – И давно ты тут дрочишь?
– Нет, конечно, просто голову на футболе напекло.
– А может головку напекло? – спрашивает сестренка и смеется, широко улыбаясь белоснежной улыбкой.
– Да, и головку тоже, – смущенно, запинаясь, шепчет себе под нос братик.
– Ну и где печет-то всё-таки?
– А... э... м, – стесняясь показать стоячий хуй, переминается с ноги на ногу Виктор.
– Врешь ты все, мелкий извращенец, – шепчет сестра, улыбаясь только глазами.
– Я-то извращенец? – отвечает Витя и бесстыдно продолжает дальше дрочить хуй трусиками.
– Есть немного, – уже более мягко говорит Надежда.
Ее голубые глазки накрывает поволока возбуждения, пизденка мокреет бесстыдно и губки начинают промачивать женским соком треугольник ткани.
– А ну-ка покажи, как ты надрачиваешь.
Надя глядя бесстыдно в глаза братику, прямо в ванной запускает ладони под юбку и задирает ее, черная тянущаяся ткань ползет вверх. Взору брата предстают чулочки черные с резинкой, вшитой в нейлон,
Майский пикник