стены и взяла в руки блокнот и карандаш для того, чтобы отмечать интересные для неё моменты, которые в дальнейшем ей интересно было бы отрефлексировать
— Да, госпожа!
— Хорошо! Раздевайся!
— Всё снимать, Госпожа? - я все ещё в глубине души надеялся, что сейчас с меня снимут пояс и дадут доступ к телу Насти, которая сейчас молча с интересом наблюдала за происходящим; наверняка, в этот момент она гордилась моей сознательностью: да, я был ещё очень далёк от того, чтобы иметь право гордо называться профеминистом, мне предстояло ещё много работы, но я уже встал на этот путь; мы с Настей готовы были пройти его вместе под чутким руководством нашей педагогини Ларисы.
— Снимай что можешь, - надменно посмотрев на меня исподлобья ответила Госпожа.
— Да, Госпожа! – и я выполнил приказ, поняв, что речь здесь о поясе верности не идёт, так как доступа к ключам от него имела только супруга, а, следовательно, снять я сам его никак не мог.
— Теперь вставай на колени передо мной! – команда поступила как только я разделся и оказался в одном поясе верности в кабинете с двумя полностью одетыми женщинами.
— Да, Госпожа! – я выполнил указание, теперь я смотрел на свою терапевтку чуть снизу, моё лицо было в районе её рук.
— Что ты сейчас чувствуешь?
— Желание служить вам, Госпожа! – я не нашёл ничего умнее, чтобы ответить.
— Врёшь! – резко отрезала она и неожиданно дала мне хлёсткую пощёчину, - что ты чувствуешь?
— Я хочу выполнять ваши приказы! – я всё ещё не понимал, что от меня хотят услышать.
— Врёшь! – её левая ладонь прилетела по второй стороне моего лица.
— Стыд! Я чувствую стыд, Госпожа! – я только сейчас начал доподлинно осознавать, что это не какая-то игра с «госпожой» по вызову и здесь надо не устраивать театр, а реально делиться своими чувствами.
— Ну вот! Уже лучше! – на надменном лице Ларисы появилась довольная улыбка, - Почему ты чувствуешь стыд?
— Потому что я голый стою перед вами.
— А почему это стыдно стоять голым перед женщиной? Это же почти как в стрипклубе, только наоборот.
— Потому что обычно мужчины доминируют, а сейчас всё наоборот, - я порадовался тому, что Лариса дала явный намёк на то, в какую сторону мне нужно мыслить, отвечая на вопрос, это было очень профессионально с её стороны.
— А ты считаешь, что мы должны тебе подчиняться? – она с хитрой ухмылкой посмотрела на меня.
— Нет, Госпожа!
— Врёшь! - и тут я почувствовал резкую боль в ухе, Лариса больно сдавила мне мочку пальцами.
— Я не считаю, что вы должны мне подчиняться, Госпожа!
— Врёшь! – и она выкрутила мне ухо так, что оно захрустело.
— Госпожа, я не знаю, что мне ответить! Я правда не считаю, что вы должны мне подчиняться!
— Ладно. Ты не врёшь, ты просто ещё малообразован. Такой как ты не может по щелчку пальцев перестать считать женщин своими рабынями. Но такой как ты может захотеть измениться. И так ты считаешь, что мы должны тебе подчиняться? – в начале фразы она ослабила хватку на моём ухе, но под конец хватка снова стала сильной, что было явным намёком на то, что мне нужно хорошо подумать над ответом.
— Я считаю, что вы должны мне подчиняться, но я хочу перестать так считать!
— Ну вот! Обучаемый ведь! – довольным голосом сказала она, выпустив из руки мою краснющую мочку, - конечно, ты пока ещё считаешь нас своей собственность, иначе тебе не было бы стыдно находиться перед нами в
Поход в баню.