Вроде он что-то сделал. Ну и я ей прямо как гвоздями в сознание: «Живи! Жри! Спи! Пожалей мать!».
Вывалился я из этой квартиры, вытирая лицо. Зашел блин в гости. Даже матери забыл успокоительное внушение сделать. Наложением руки, конечно, как еще то.
Сосед недовольно заворочался. Ну да, он то пожрать шел, а вышло наоборот, еще и самому делиться пришлось. Так, мне срочно нужен антистресс. А соседу ужин.
Вызвать лифт, вдавить кнопку четырнадцатого этажа. А вот и моя любимая квартира.
В этой трешке тоже жили мама и дочка. Я на них наткнулся пару месяцев назад. Но в отличии от той семьи, где я сейчас был, тут совсем другие женщины жили. Они были, как бы это сказать, ну прям сок. Даже сосед им был всегда рад и не жаловался, что типа недавно же уже их это самое.
Ольга и Милочка были дома. В целом ожидаемо, вечер уже. Хотя лето же, у Милы каникулы в универе, могла и уйти гулять.
Дверь открыла Ольга. По дому она ходила в шелковой пижаме, состоящей из шортиков и маечки на узких бретельках. Открыла и, не проявив ко мне никакого интереса, развернулась и направилась на кухню, где, видимо, и была до этого. Я зашел в прихожую и закрыл дверь, щелкнув замком. Я уже хорошо знал, как тут замки работают.
Проследовав на кухню, застал там обеих дам. Чуть подробнее расскажу о них.
Ольге было тридцать девять. Она была брюнеткой среднего роста с очень выраженной женственной фигурой. Покатые бедра, округлая попка и крупные груди с плоскими сосками с большими ореолами. Она была явно склонна к полноте, но за собой следила строго, кучу времени тратя на занятия спортом. Один раз была замужем, давно в разводе, постоянного мужика нет.
Ее дочке Милочке был двадцать один год и она была копией мамы. С такими же соблазнительными формами, только еще и узкой талией. Училась в универе, есть парень.
И вот от них просто исходили волны сексуальности! Прям хотелось впиться в их сочные округлости! И похоже с теми самыми биотоками, которыми питался сосед, у них тоже все было хорошо. Точнее даже прекрасно, потому что они ему никак не надоедали, хотя я к ним заходил регулярно.
Причем к ним обеим. Да, Мила подкупала молодостью, но ее мать была в прекрасной форме и манила такой сочной зрелостью, что я каждый раз терзался муками выбора.
А еще мне нравилось, как они друг с другом общаются. Как подружки, легко и с юмором. Подкалывали друг друга постоянно, но совершенно беззлобно.
— Ладно, мам, я собираться, Данька там извелся, - допив чай, Мила поставила пустую кружку в раковину.
— А посуду мне мыть, выходит? - беззлобно заворчала ей в спину мать.
— Ну, выходит тебе! – со смехом откликнулась дочь, выходя из кухни.
Я последовал за ней в ее комнату, закрыв за собой дверь. Торопиться мне было некуда, жену с дочкой сплавил на море, потом они еще к теще с тестем поедут, так что я мог развлекаться сколько угодно. Сам я все эти поездки не любил и откровенно не понимал этих вот, которые: "Ой, я не могу без морюшка!". Прям помрешь ты без "морюшка", обосраться. Мой диван, давно принявший мою форму, так сказать, с "диван с эффектом памяти", в сто раз лучше любых курортов.
Девушка тем временем скинула халат и оценивающе посмотрела на себя в зеркало. Затем приподняла руками груди, сжала их, соединив друг с другом. Затем отпустила их, взявшись пальцами за соски. Они у нее как и у матери были довольно плоскими и Мила, чуть покрутив, заставила их
Совращение прапорщицей в учебке