В конце июля мы снимали церемонии в память о тех, кто погиб во время бойни у здания суда шесть лет назад. Церковные колокола звонили снова и снова, чтобы почтить память полицейских, адвокатов, представителей закона и невинных жертв бойни. По их убийцам не было заплачено. Церемонии проходили в Старом здании суда на Бэй-стрит, которое только что было закрыто, так как в нескольких кварталах от него открылось новое здание суда стоимостью более 300 миллионов долларов.
Представители деловых кругов, влиятельные люди, политические лидеры, как черные, так и белые, собрались в тот вечер в конференц-центре Prime Osborne, бывшем железнодорожном узле города, а ныне крупнейшем месте общественных собраний в городе. Это был ужин по 500 долларов за тарелку, чтобы собрать деньги для семей полицейских, погибших в тот день. Там были все местные радиостанции и все крупные телеканалы. Это было не такое масштабное событие, как раньше, но оно все равно попало в национальные новости в годовщину.
Кто-то должен был быть там, и Ник Карнос решил, что хочет побыть со своей женой и детьми. Поскольку у меня больше не было личной жизни, он попросил меня представлять станцию, и я согласился. Обычно я работал с камерами и давал интервью, но на этот раз все, что мне нужно было сделать, это поесть, может быть, немного потанцевать и не заснуть во время выступлений до и после еды.
Кристина Д'Алессандра была моей "спутницей", и было забавно наблюдать за выражением лиц богатых бизнесменов, влиятельных политиков и их жен, когда Кристина вошла со мной под руку. Она была высокой, черные волосы ниспадали на ее задницу, когда она в кои-то веки позволила им распуститься из тугого делового пучка, который она обычно собирала во время эфира. Наблюдая, как она ходит с распущенными по плечам волосами, эрекция усиливалась во всех направлениях.
Она была совсем на нее не похожа, но в ней было что-то от Грейс Келли, когда она была брюнеткой. Если вы когда-нибудь видели старые фотографии Келли в расцвете сил, вам хотелось повалить ее на матрас, взъерошить волосы и трахать до тех пор, пока с ее лица не исчезнет эта натянутая улыбка.
Она знала, что у нее есть. Она была одета в черное платье, которое закрывало большую часть ее спины и слегка приоткрывало грудь, и все равно она была привлекательнее некоторых полуобнаженных женщин в комнате. Она была почти такого же роста, как я, и выше, чем Рокс. У нее было стройное телосложение модели, за исключением этих чертовых сисек, и она держала спину, как морской пехотинец, что бросалось в глаза каждому мужчине.
Когда нас направляли к нашим местам, я прошептал ей: - Почему бы тебе немного не присесть, прежде чем устраивать чертов бунт.
Она бросила на меня короткий взгляд и, сохраняя невозмутимое выражение лица, прошептала в ответ: - Почему, мистер Хантер, вы отпускаете сексистские замечания по поводу моей груди?
Я постарался сохранить невозмутимое выражение лица.
— Просто уменьшите сексуальную привлекательность примерно на четыре пункта, хорошо?
— Я даже не пыталась.
Я не смог скрыть улыбку.
— Я знаю. Вот что меня и пугает.
Пока мы намазывали булочки маслом - ну, я намазывал свою булочку маслом, я думаю, Кристина наслаждалась ароматами еды, потому что я никогда не видел, чтобы она ела настоящую еду, - к нам подошел парень с волосами песочного цвета, за которым следовала женщина.
Я встал, чтобы пожать ему руку.
— Дэйв.
— Томми.
Он привел с собой крепко сбитую, но привлекательную блондинку, и она пожала мне руку, когда Дэйв потянулся, чтобы взять Кристину за руку.
Лесной любовник