Мы долго лежали так, обмениваясь поцелуями и обнимаясь, пока не убедили друг друга в серьезности наших намерений быть вместе. Наконец, я спросил ее: - Я сделал тебе больно?
— Сначала было больно, - ответила она, - но потом стало приятно, а потом становилось все лучше и лучше. Я хочу, чтобы мы делали это каждый день, Кайл. Я хочу, чтобы мы были вместе и занимались любовью каждый день. Мы можем это сделать?
Я ответил на ее вопрос, поцеловав ее и кивнув головой. После еще нескольких поцелуев она спросила: - Как ты думаешь, у меня много крови вышло?
Приподнявшись, я попытался взглянуть на наши все еще соединенные промежности. Я увидел немного крови, но ее было немного. - Подожди, - сказал я, - я вытащу и посмотрю.
Я медленно вытащил свой размякший член из ее киски и присел на корточки. Да, у нее немного потекла кровь - ну, может быть, даже больше, чем немного. На шелковых трусиках под ее попкой виднелось красное пятно, а на полотенце была кровь, но все было не так уж плохо. Я поднял на нее глаза, и она протягивала мне камеру. - Сделай несколько снимков, - сказала она, - чтобы мы могли посмотреть их позже.
Келли подтянула колени, и я начал фотографировать полотенце, шелковые трусики и ее киску. Она раздвинулась, и я сделал несколько снимков крупным планом между ее ног. Я был рад, что отложил полотенце, потому что, когда она подняла ноги, на полотенце оказалось много крови, но, к счастью, она не попала на простыни. Сделав еще несколько снимков, я вытер ее, как мог, а затем помог ей встать. Мы вместе посмотрели на окровавленное полотенце и ее церемониальные шелковые трусики.
— Хорошо, что ты подумал о полотенце. - Сказала она, смеясь и тыча меня в ребра.
Я начал собирать вещи, но она остановила меня, спросив, можем ли мы вместе принять душ и прибраться, когда выйдем.
— Я никогда раньше не принимала душ с мужчиной. - Келли повернулась, чтобы обнять меня. - Для меня это тоже будет впервые.
Итак, мы оставили все там - беспорядок в комнате, испачканные кровью трусики, полотенце, список наших неприличных желаний, фотоаппарат и две пары ее трусиков - и отправились в душ. Первые несколько шагов, которые она сделала, были немного болезненными, но, думаю, она ожидала этого. Теплый душ был великолепен. Мы пробыли там так долго, что у меня начали морщиться пальцы, а вода стала холодной. Я нежно вымыл ее, и мы много целовались и обнимались. Она вымыла мой член, и к тому времени, как мы закончили принимать душ, у меня снова встал, и Келли смеялась над этим.
Пока мы вытирались, мы поговорили о том, как нам нужно быть осторожными в доме, чтобы мама с папой нас не заподозрили. Я попросил ее подумать о том, чтобы сменить школу и переехать жить ко мне и закончить школу там. - Я бы очень хотела, - сказала она, - чтобы мы были вместе каждый день.
Когда мы закончили в ванной, мы открыли дверь, и я взял ее за руку и отвел обратно в ее комнату. Когда я вошел в ее комнату, я замер, и каждая молекула воздуха вышла из моих легких.
Там, в комнате Келли, стояла наша мама. В одной руке она держала список наших похотливых желаний, а в другой - фотоаппарат. Услышав, как я ахнул, она повернулась и посмотрела на нас с Келли, голых, только что вышедших из душа, и все еще державшихся за руки.
Однажды много лет спустя...