спеша ввел в неё зудящий от нетерпения член и сильно толкнулся. Нависнув над ней, Андрей без сожалений наблюдал за тем, как она кусала губы, пока он с силой вбивался в неё. Он усмехнулся, Эля закрыла глаза. Перед оргазмом он упал на неё и впился в бесчувственный рот. Девушка не пошевелилась.
Уже засыпая, он услышал ее тихий вопрос:
— В сеть зальешь? Или своим мудакам хвалиться будешь? Или в интернат пошлешь опять?
— Не решил ещё, - ухмыльнулся он. – А что, это мысль! Спи!
Какое-то время он не снимал их секс, чтоб не злить ее. Но однажды, трахая ее сзади, вновь включил камеру. Поставил телефон сбоку на тумбу, оценил картинку, и впившись в ее бедра, быстро заработал задом. Ее накрыла очередная волна возбуждения, поэтому она ничего не заметила сразу. Уже потом, когда он поднял, ее прижал к себе и накрыл руками ее круглые груди, она увидела. Парень быстро повернул к себе ее лицо и втянул в рот сладкие губы. Эля не стала спорить, что удивило его. А когда он спустил руку на её мокрый лобок и прижал скользкий клитор пальцами, девушка застонала и будто забыла обо всем. Больше она не допытывалась, зачем ему «домашнее» видео.
Включил он его как-то вечером, когда она вышла из душа. Она заметно напряглась, но ничего не сказала, стараясь не смотреть на стену с экраном. Он устроил камеру на тумбе и протянул к ней руки...
Покончив с поцелуями, он лег валетом с ней и приник к ее промежности. Разведя створки влагалища, он лизнул мягкий бугорок и втянул его в рот. Всасывая клитор и лаская его языком, он с удовольствием услышал ее первый стон. Поймав ее руку, положил себе на лобок, разведя ноги. Когда его пенис вытянулся от ее усилий, он взглянул на неё: она смотрела на экран. Там она извивалась на нем сверху, зажав руками свои груди. Звук он не включал, чтоб слышать ее тягучие стоны. Он встал над ней на колени и опустил твердый член ей на лицо. Она аккуратно охватила его пальцами, поднесла ко рту и лизнула. Он оценил картинку в камере, поправил ее и вновь прильнул к ее раскрытому влагалищу. Долго мучал его, впиваясь во вспухший клитор, запуская глубоко внутрь пальцы и язык. Хотел было кончить ей в рот, но та, почувствовав приближение оргазма, выдернула член из себя. Он долго лежал на ней, переводя дыхание. А пара на экране все занималась и занималась любовью...
Когда они гуляли, а теперь он вывозил ее в город: в магазины, рестораны и развлекаться, он с гордостью шел, обнимая ее тонкое, сильное тело, и улыбался. На неё оборачивались, ему завидовали. Он был счастлив, спуская руку на ее ягодицы и сжимая их напоказ. И его не волновало, что она мало улыбалась и также мало говорила с ним. Он жил той жизнью, с той девушкой, о которой мечтал, о которой страдал. И неважно, что сзади них шел его шофер и не спускал с неё глаз, мало ли что... Он не доверял ей, и что с того! Она с ним, сейчас и всегда – так ему хотелось думать. В ее темных глазах был омут, в котором ничего не было видно и ничего нельзя было понять. Зато она сама, ее тело, рот всегда были к его услугам, всегда доступны, полностью его. А душа? Ну что душа? Ее ж никто не видит... Зато они готовились к свадьбе.
Церемония была дома у родителей, так как дом тех был больше. Она была скромной,
Солнышко с мороженым