Много раз видев, как это делает мама, Вера перевернула папу на лопатки и забралась сверху. Получилось как-то очень легко, отец отдал инициативу с готовностью, лишь пожирая дочь глазами и изучая ее тело руками так, будто не доверял зрению. Теперь все стало так, как хотелось Вере. А хотелось ей третий оргазм, и как можно скорее! Она начала быстро подпрыгивать на отце, со всего размаху плюхаясь обратно, чтобы его небольшой член доставал до самой-самой сути. Сиськи подпрыгивали в такт движению, пик приближался, родные руки сжимали задницу... Внутри как будто что-то оборвалось. Электрический разряд пронзил ее от левой пятки до макушки и от макушки до правой пятки, заставив содрогнуться. Не удержав равновесие, она упала отцу на грудь, пульсирующей вагиной, сжимая его хуй. В надежде протолкнуть семя в матку, организм старался изо всех сил, сводя судорогой все тело.
Внезапно еще трясущаяся девушка почувствовала взгляд. Вздрогнув от оргазма последний раз, она с трудом оторвала лицо от папиной подмышки и подняла взгляд: в дверном проеме стояла мать. Как и вчера, Нина Артемовна зашла домой в обеденный перерыв и услышав в дверях характерные звуки, пошла на их источник, в гостиную. Любовь – это, конечно, хорошо, но прогуливать школу из-за этого не стоит. Ульяне летом поступать, да и Игорю забивать на учебу не надо... Увидев трахающуюся на диване пару, Нина сначала обомлела, потом рассвирепела, а в конце на нее напало какое-то философское спокойствие, причем все это произошло за какие-то полсекунды. Да, дочка выросла. И то, что и Ульяна, и она сама начали половую жизнь заметно раньше Веры значения не имело. Просто мать до последнего старалась видеть в ней ребенка. Даром, что сиськи у этого ребенка могли вызвать зависть и у состоявшейся силиконовой порно-актрисы. Со старшей такого не было: и взбунтовалась рано, да и сама Нина Артемовна, в пору того бунта, была моложе и отнеслась к нему гораздо более снисходительно: себя еще хорошо помнила. Мужчина же, на хую которого так упоенно прыгала младшая... Да, с одной стороны, инцест – это противоестественно и порицается церковью. Но кого, по большому счету, интересует их мнение? Общественное мнение – это мнение тех, кого не спрашивают. А с другой – это родной, и без сомнения, любимый и любящий отец. Уж если кто и сможет привести инициацию максимально мягко, так это он. А ведь Нина уже мысленно примеряла на эту роль Игоря (странно было бы, трахнув мать невесты, обойти вниманием ее младшую сестру. Ну правда!), но опасалась, что этот грубый, сильный и властный самец может напугать её или навредить своей здоровенной хуяброй. Что касается ревности... Какая ревность может быть к человеку, с которым ебешься четверть века? Они и развелись-то от того, что стало скучно: даже поговорить не о чем. Все давно сказано. А так — после секса хоть новостями обменяться можно, не все время молчать. Тут младшая дочь тонко завыла, затряслась и упала Косте на грудь, смачно шмякнувшись упругими сиськами: оргазм она словила яркий, сильный. Нина даже вспомнила, как она сама двадцать пять лет назад так же кончала на этом хуе и в трусиках у нее потеплело. Прошла молодость, эмоции поблекли... Игорь ее тем и взял, что от него веяло теми же ощущениями, из юности. И практика показала, что веянье это не пустое. Сколько энергии от траха она не получала уже много лет. Ни от любовников, ни от их комбинаций, ни тем более — от Кости. Костя был своим в доску, теплым,
Стихи про мужской член