развлечений, где мы снова продолжили игру. Она снова крепко обняла меня, прежде чем сесть, игнорируя мой стояк. Как только она села, она осталась обнаженной. Я принял прежнюю позу, повернувшись к ней лицом, чтобы она могла видеть мой член.
Она удивила меня, откинувшись на подлокотник дивана позади себя и лениво раздвинув ноги, предоставив мне великолепный вид на свою киску. Очевидно, это был новый уровень, который я каким-то образом заслужил. Это было похоже на открытие игрового достижения, только в миллион раз лучше.
Мама налила нам еще вина и счастливо вздохнула, отпив немного из своего бокала. Ее нога, лежавшая на диване, скользнула вперед, пока пальцы ее ног не коснулись моих. Это было возбуждающе, но в то же время очень успокаивающе и естественно для меня.
— Не возражаешь, если мы немного поговорим, чтобы настроиться и сосредоточиться, прежде чем снова начнем играть? - спросила она. Я понял, что она имела в виду. Я не беспокоился, что она передумала. Если бы это было так, она бы не сидела вот так, раздвинув ноги, подставляя мне свою киску.
Я кивнул. - Конечно.
— В этом нет ничего нормального, не так ли? - спросила она, или, скорее, задумалась. Мы оба знали, что это не "нормально" ни в каком социальном смысле.
— Это точно не нормативно, - сказал я, пожав плечами. - Но разве мне есть до этого дело? Нет. Многим ли парням удается узнать, что их мама еще более потрясающая, чем они когда-либо подозревали?
— Возможно, но любой парень в твоем возрасте готов на все, лишь бы провести выходные с обнаженной женщиной, - заметила мама. - И нет, я не обвиняю тебя в том, что ты ведешь себя так только для того, чтобы раздеть меня, милый. Я просто говорю, что большинство молодых и возбужденных парней попробовали бы то же самое.
— И быстро ничего не добьются. Скорее всего, на тебя накричат, надают по яйцам и прогонят. И это правильно.
— Да, скорее всего, так и есть, - согласилась мама. - Но мы здесь не при чем. Мы это знаем. Мы просто не смогли бы даже отдаленно адекватно объяснить это, если бы это когда-нибудь выплыло наружу.
— Ты читаешь проповедь хору, мама, - усмехнулся я, заставив ее улыбнуться. - А что касается алкоголя, уверяю тебя, я употреблял его не для того, чтобы расслабить тебя. Я употреблял его, как и ты, чтобы успокоить свои нервы. Никогда бы в жизни не подумал, что у нас будут такие выходные, как эти.
— Ты же не думаешь, что это из-за алкоголя? - спросила она.
— Нет, - сказал я, качая головой. - Возможно, это все равно произошло бы, но было бы намного медленнее и более неловко. Я бы никогда не признался, что снимал тебя прошлым вечером, если бы не вино, пиво и калуа, которые успокаивали мои нервы.
— Я рада, что ты рассказал мне, Аарон, - сказала она, улыбаясь. - Я знаю, что ты честный молодой человек, и, должно быть, это было ужасное признание.
Я кивнул, вновь переживая ужас. - По крайней мере, ты мочилась на улице добровольно. А я чуть не устроил беспорядок в обеденном уголке.
Еще один смешок. - Я люблю тебя, глупый мальчик.
— Я тоже люблю тебя, мам.
— Ну что, моя очередь? - спросила она, делая еще глоток.
— Конечно, после того шоу, которое ты устроила, - сказал я, кивая.
— Правда или действие, детка?
— Правда.
— Самый странный секс на свидании, - сказала она. - Расскажи мне.
— О боже, - сказал я, погружаясь в размышления. - Я уверен,
После вечеринки