фермы сданы в аренду другим фермерам, поскольку у нее не было ни времени, ни возможности их использовать.
Лошади были ее хлебом с маслом. Сдача в аренду только половины конюшен означала разницу между безубыточностью и прибылью. Она также хотела обустроить еще несколько загонов для верховой езды с трамплинами и т. д. Это была огромная работа, подумал я и понадеялся, что она не поставила перед собой слишком большой задачи.
Когда остальные конюшни будут готовы и место будет выглядеть ухоженным, она сможет поднять арендную плату, но до этого предстоит проделать очень большую работу. Мне было очень жаль ее, так как было видно, что ей приходится нелегко. И тогда, жуя свою булочку с сыром и луком, я решил, что буду работать, чтобы облегчить жизнь этой сексуальной женщины.
Вторая половина дня прошла в переносе все новых и новых коробок. Когда все конюшни были опустошены, я нашел метлу и принялся подметать, складывая мусор в прицеп. День был жаркий, и вскоре я вспотел как свинья, снял рубашку и повесил ее на крючок уздечки. Вскоре я был поглощен своей работой.
***
Мне не терпелось показать Сью, что я не маленький ребенок. Я был так увлечен работой, что не услышал, как сзади подошла женщина. Волчий присвист нарушил мою концентрацию. Я повернулся и увидел, что в дверях стоит высокая стройная женщина, одетая для верховой езды. Она улыбнулась, когда я повернулся к ней лицом.
— Ну, здравствуй, твоя тетя Сью сказала мне, что ты симпатичный молодой человек, но она не говорила мне, что ты еще и такой красавчик! — сказала она, улыбаясь мне, ее глаза двигались вверх и вниз по моему телу. У нее был очень заметный акцент. Очень шикарный.
— О, я не уверен в этом, — заикнулся я, немного смутившись.
— Меня зовут леди Элизабет Хардинг, но, пожалуйста, зови меня просто Лиззи, — сказала она своим высокопарным голосом.
Ее глаза блуждали вверх и вниз по моему телу.
— Твоя тетя сказала, что ты можешь помочь мне погрузить кое-какие вещи в конюшню, которую я арендую.
— Конечно, все, что вам нужно! — ответил я.
Я последовал за Лиззи в конюшню, любуясь ее милой маленькой попкой, обтянутой облегающими джодпурами. Ее большой новенький Range Rover был припаркован у входа, а сзади стояли тяжелые на вид мешки с кормом. Конюшня Лиззи находилась в блоке двухэтажных конюшен, и я молился, чтобы корм не пришлось поднимать наверх.
Она показала мне, где хранится корм — в углу конюшни, далеко от стойл, в которых содержались лошади. Я начал перекладывать мешки, взваливая их на плечо и проходя десять ярдов от машины до полок. Они были тяжелыми и неудобными, и, поверьте мне, их пришлось поднимать. Пока я перекладывал две дюжины мешков, Лиззи пристально наблюдала за мной.
— Милые мужчины из деревенского магазина всегда грузят их для меня, — сказала она, подмигнув. У меня сложилось впечатление, что леди Элизабет всегда получала от жизни то, что хотела.
К тому времени как я закончил, я вспотел еще больше; по телу бежали ручейки, а руки и спина болели так, как никогда раньше не болели. Я прислонился спиной к стене и втянул воздух; мои легкие разрывались.
— Похоже, тебе не помешает попить, — промурлыкала она.
Лиззи протянула мне бутылку холодной воды, которую я с жадностью выпил. Пока я это делал, она закрыла дверь конюшни и задвинула засов, после чего повернулась ко мне. Ее палец вытянулся вперед и провел по моему правому соску, поглаживая и одновременно нажимая на него.
Я задохнулся и немного опешил. Я задохнулся еще сильнее, когда она наклонилась вперед и