дома у Бена и Джилл. Я действительно хотел отказаться, так как у меня были сильные головные боли, и, кроме того, мне удалили рак кожи на шее. Сидеть в кресле с откидной спинкой было гораздо приятнее, чем на вечеринке. Кики пообещала мне что-нибудь особенное, если мы пойдем. И мы пошли. Да, что ж, маленькая голова по-прежнему кое-что решает. Наши отношения были напряженными в течение многих лет.
Когда распространился слух, что я неважно себя чувствую, один из моих родителей, Рик, предложил мне мармелад с добавлением каннабиса: - Это тебя немного взбодрит. В нем есть немного наркотика.
Рик из тех парней, у которых около пятидесяти килограмм лишнего веса, он носит в ухе такую же серьгу, как у его любимого героя боевика, и вот-вот потеряет свой дом из-за потери права выкупа. И все же он самопровозглашенный эксперт практически во всем. Поэтому он объяснил, что съедобный каннабис сначала попадает в желудок, затем в печень, а затем в кровь и мозг. Печень преобразует наркотик в более сильную форму, и это в сочетании с веществом из исходного продукта усиливает эффект кайфа.
Поскольку в нашем штате это разрешено законом, я воспользовался одним из них. Все когда-нибудь случается в первый раз. Поскольку я был неопытным пользователем, эффект был сильным и быстрым. Я нашел спальню и уставился в потолок, который превращался в то, что может создать только воображение. Любая боль, которая у меня могла быть, давно прошла. Музыка звучала на самом деле или у меня в голове? Мои часы показывали, что я пролежал здесь больше часа, когда я сполз с кровати и пополз в ванную. Опорожнив мочевой пузырь, я пополз обратно к кровати, но на этот раз свернулся калачиком на ковре. В конце концов я выбрался из спальни. Перила на лестнице были похожи на дикую траву, колышущуюся на ветру. Это было слишком сложно, чтобы пытаться, так как я совершенно уверен, что они не должны так вращаться, поэтому я сел на верхнюю ступеньку.
Оттуда доносились предательские звуки женской болтовни. Время от времени раздавался смех, как это делают некоторые дамы. Когда я снова сосредоточился, то понял, что они говорили о сексе. Оргазмы, предварительные ласки, когда им нравилось, когда их целовали. Наверное, я никогда не ценил то, о чем говорили женщины.
Незнакомый голос разглагольствовал о том, как ей нравится, когда ее лижут до оргазма. Другие присоединились к ней. Именно тогда я услышал голос Кики: - Я так давно этого не делала. Райан делал это постоянно, но, держу пари, прошло восемь лет.
Что ж, меня распинали за то, что я был невнимательным любовником и плохим подобием мужа. Возьмите веревку и найдите дерево. Соорудите виселицу. Заточите гильотину. Смерть эгоистичному мужу. Как я мог? Что за хам. При обычных обстоятельствах я, вероятно, пропустил бы это мимо ушей, но я был под кайфом и не соображал толком. Определенно, я был не в себе.
Дамы услышали, как я спускаюсь по лестнице, и, как сверчки, притихли.
Моя жена спросила: - Чувствуешь себя лучше?
— И да, и нет. - Пришлось защитить мою честь. - Прошло десять лет.
Кики выглядела смущенной. - Да? Отчего прошло десять лет?
— Я поступаю с тобой несправедливо? Не изображай меня плохим парнем. Объясни им, почему.
Глаза Кики слишком широко раскрылись. Она была похожа на одного из тех детей на картине Маргарет Кин.
— Райан, пожалуйста, не здесь.
— Да ладно тебе, Кики. Ты делилась со мной. Позволь мне тоже поделиться и проявить заботу. Видите ли, леди, Кики заразила меня венерическим заболеванием. Это случилось до того, как у нас
Окна