в течение одного года после законной канадской церемонии бракосочетания, З.А.(ее инициалы)- будет иметь право только на 50 000 канадских долларов. Если брак расторгнется по какой-либо причине более чем через год, но в течение двух лет после официальной канадской церемонии бракосочетания, З.А. будет иметь право только на 100 000 канадских долларов. Если по какой-либо причине брак расторгается более чем через два года или после рождения ребенка у Б.Б. и З.А., то З.А. будет иметь право на получение 500 000 канадских долларов и постоянного вида на жительство в Канаде, если будут выполнены другие требования канадского законодательства."
Третий документ, на английском и французском языках с кратким переводом на испанский, был озаглавлен "Спонсорство для получения вида на жительство в Канаде", на нем стояло ее имя и моя подпись внизу.
Когда Замира просматривала документы, выражение ее лица менялось, и его было трудно истолковать. После того как она отложила третий документ, я открыл коробочку с кольцом с большим камнем, а затем снова закрыл ее.
— Замира, завтра я приглашаю тебя на ужин в один из лучших ресторанов Оттавы. Затем я договорился со своими знакомыми в правительстве о том, что мы вдвоем поднимемся на Башню мира на Парламентском холме. Там я попрошу тебя выйти за меня замуж. Надеюсь, у тебя будет достаточно времени, чтобы тщательно обдумать свой ответ.
Она посмотрела на меня так, словно у меня было две головы. - Ты что, какой-то ненормальный? - спросила она, явно возмущенная моим необычным - если не сказать уникальным - подходом.
— Мы знаем друг друга всего несколько месяцев, и это может привести к существенным изменениям в твоем образе жизни. Если тебе нужно больше времени, чтобы принять решение, я с радостью подожду, но я счел необходимым предупредить тебя. - С этими словами я широко улыбнулся ей, коротко поцеловал, затем встал с кровати и направился в одну из многочисленных комнат в моем особняке. - Увидимся завтра, - сказал я, выходя за дверь и посылая ей воздушный поцелуй. Она выглядела совершенно сбитой с толку.
Той ночью впервые со второго дня нашего знакомства мы оказались в одном городе в одно и то же время и не спали вместе. Я был удивлен, что заснул так быстро, как только смог.
На следующее утро Замира вела себя так, словно ничего необычного не произошло, хотя я действительно видел ее с тремя документами в руках, прежде чем она положила их на стол в кабинете перед завтраком. В тот день мне нужно было работать, и у нее тоже был распланирован свой день, и я оставил ее со своим лимузином и водителем, чтобы она могла добраться туда, куда хотела. - Встретимся в ресторане в 18:30, - сказал я с улыбкой, целуя ее на прощание. - Не могла бы ты, пожалуйста, надеть свое зеленое платье в пол?
— Может быть, - поддразнила она, прикусив большой палец.
Я внес последние штрихи в свой план - предполагая, что Замира скажет "да" на мое предложение, - затем проработал целый день, прежде чем в 18:15 отправиться за подписями. Я добрался туда всего за минуту до того, как мой водитель подъехал к ней, и открыл для нее боковую дверь со стороны заднего пассажира. Она произвела фурор, когда выскользнула из лимузина в явно недавно купленном коротком желтом платье, которое красиво подчеркивало ее стройные бедра и пышное декольте, а также в рубиновом колье на шее и браслете на щиколотке в тон на ее 12-сантиметровым каблуках. В ответ на мою кривую улыбку и широко раскрытые глаза всех мужчин-зрителей
Хохлушка