не можешь все испортить, используя это в качестве извинения.
— Угу, — пробормотал я в ответ. Как, черт возьми, я мог испугаться девушки, у которой руки были скованы наручниками за спиной.
Ее взгляд смягчился, и она улыбнулась, сверкая глазами.
— Нет, когда ты это говоришь, ты имеешь это в виду. Делай это от всего сердца.
Грейс снова поцеловала меня в губы, затем в подбородок, затем в шею.
— Ты скажешь это после ужина, с цветами. На тебе будет тот черный блейзер, красная рубашка и джинсы, которые были на тебе на нашем первом свидании. — Грейс проложила дорожку поцелуев вниз по моей груди, проводя языком по моему соску. — Мы будем в парке, в том самом парке, в который ходили той ночью. Я буду выглядеть чертовски великолепно, и будет полнолуние.
Теперь Грейс была у меня на животе, целуя и покусывая, спускаясь к промежности.
— Ты возьмешь мое лицо в ладони и посмотришь мне в глаза, а потом скажешь это. — Грейс поцеловала мой член, ее губы скользнули вниз по стволу. Затем она открыла рот и взяла его в рот зубами. — Понял? — пробормотала она, мягко, но решительно прикусывая.
— Угу. — снова пробормотал я. Вот почему я мог испугаться девушки со скованными за спиной руками.
— Хорошо. — радостно сказала она, выпуская мой член из своей хватки. — Я не знаю всего, что ты со мной делал, но я точно знаю, что это мое любимое блюдо. А теперь дай мне эту соленую карамель.
Я застонал, когда она снова начала сосать мой член.
Мой сладкий гитарист