этого может быть к тебе отношение? Теперь они знают, что пригласили на этот вечер шалаву. И могут использовать её как шалаву. Значит придёться позволить им делать с ней всё, что им придёт в голову.
Собравшись с мыслями, Соня высунула язык и принялась покорно вылизывать очко своему коллеге. Вкус был солоноватым и странным, но не таким отталкивающим, как она себе представляла, когда видела подобные сцены в порно. Женя стонал и прикусывал губу, его анус пульсировал и сжимался под её языком. Соня чувствовала, как возбуждение Жени нарастает, его стон становился всё громче и интенсивнее. Она закрыла глаза и сосредоточилась на своём задании, стараясь доставить ему удовольствие, которое он жаждал.
Соврал Евгений или нет, что подобного опыта у него до этой минуты не было, но двигался он так, словно уже прокручивал этот момент сотню раз в своей голове. Соня попыталась дернуться, но почувствовала острую боль в макушке, в месте, где Женя грубо вцепился ей в волосы своими пальцами. Лучше прекратить всяческие попытки, если она не хочет оставить клок волос в его руке. К тому же ей становилось сложнее дышать. Женя отпускал свой вес и вдавливал голову в лавку каждый раз, когда Соня пыталась вырваться и перейти к вылизыванию мошонки. Его мокрые после сауны яйца закрывали ей глаза, а паховая область елозила по переносице и носогубной дуге. Но всё это меркло перед фактом, что Женя терся анусом о Сонин язык. И зачем она продолжает его держать высунутым? Можно просто сомкнуть губы и дать ему наслаждаться трением. Неужели она такая…
– М, какая же ты грязная потаскуха! – воскликнул с восхищением Женя. Язык Сони жгло от хлорного привкуса, смешанного с солоноватым вкусом потовых желез и шершавой, туго сжатой кожи вокруг сфинктера. Может, если язык войдет внутрь, это ускорит дело, и она сможет поскорее освободиться? Засунуть кончик языка в попу Жене оказалось довольно просто. Стоило ей напрячь мышцы и выставить вверх кончик, как он легко раздвинул казавшееся неприступным кольцо и проник неглубоко внутрь.
– Уж ты какая! Понравилось очко лизать да? – спросил Женя с хрипотцой в голосе, раздвигая ноги шире и нависая над ней. – Будем веселиться до утра.
Евгений зашипел от удовольствия, и его щиколотки заходили ходуном. Соня почувствовала горячие, густые капли. Сперма устремилась из члена наружу, потоками вытекала ей на лоб, путаясь в волосах и стекая по краям лба к вискам, оставляя блестящий ореол вокруг головы. Первое крещение для шлюхи в эту ночь.
– Ну что, закончил с ней?
– Чёрт, приятель, погоди, у меня ноги трясутся…
– Дай руку, пол скользкий. Не хватало ещё, чтобы ты лоб себе расшиб.
Соня заморгала от яркого света и убрала пальцем из уголка глаза капельку спермы. Рядом с кушеткой, держа Женю за локоть, стоял Сергей. Его, кажется, нисколько не удивляло происходящее. Он подал руку Евгению, помогая ему слезть с лица Сони, словно делал самое привычное дело, вроде оплаты продуктов на кассе самообслуживания. Он был гол, а его член стоял колом и загибался влево, мерно покачиваясь от пульсирующей внутри крови. В дверном проёме Соня разглядела Зака. Он с любопытством и возбуждением осматривал девушку. Сколько он простоял в дверях? О боже, неужели они видели, как она вылизывала очко Жене?
– Иди передохни, я тут разберусь, – хлопнул Сергей Женю по плечу, отчего тот чуть было не подскользнулся, а затем опустился на колени, поравнявшись взглядом с Соней. Он пристально всмотрелся ей в глаза, пытаясь понять, какие чувства она испытывает, оказавшись в роли шлюшки на этом пиру. – Ну что,
Увели целовать