понял, что к чему. Чтобы понять, почему она это сделала, - сказала мама, когда папа загородил мне выход.
Чертова засада. Устав призывает попавших в засаду атаковать из засады с применением насилия. К сожалению, это не работает в гражданском секторе. Поэтому я применил гражданский эквивалент нападения из засады.
— Нет, мам. Мне не нужно выслушивать оправдания. Это все, что у нее есть. Она была одинока. Она была сексуально неудовлетворена. Джим был рядом с ней. У нее был роман с ЖЕНАТЫМ МУЖЧИНОЙ! - Я кричал на них всех, не сводя глаз с Эмили.
— И тебе не обязательно было идти и рассказывать об этом Шерри! Ты разрушил их брак! - закричала мама в ответ.
Я резко рассмеялся. - Нет, мам. Джим разрушил брак Джима. Джим и Эмили. Не я. Даже не пытайся свалить это на меня! Пока я сражался за нашу страну, мне наставлял рога мужчина, который называл себя моим другом! Разве такими должны быть друзья? Если я когда-нибудь увижу его снова, ему лучше бежать. Я уже не буду так мил с ним, как в прошлый раз, когда мы виделись!
Мама, как ни странно, ничего не ответила на это. Думаю, ее заставил замолчать яд, прозвучавший в моем тоне. Эмили и мама опустили глаза, словно им было стыдно.
Я посмотрел на Эмили и обратился к ней. У меня возникла идея. - Эмили, ты действительно хочешь снова быть со мной? На этот раз искренне?
О, я забыл упомянуть, что Шерри выгнала Джима и развелась с ним? Она переехала в квартиру через два дома от моей, и мы подружились на льготных условиях. Так или иначе, у меня появилась идея, как вести себя с Эмили.
Лицо Эмили просветлело, и она посмотрела на меня с надеждой в глазах. - Да, Митч! Да, я хочу снова быть с тобой. Я клянусь, что никогда больше не изменю тебе! Пожалуйста! Дай мне еще один шанс!"
Я кивнул. - Хорошо, тогда вот как это будет. Если ты согласишься, мы попробуем. Пойди в армию. Отправляйся в командировку за границу. Пока ты будешь там, у меня будет роман с Шерри, который продлится год. Хотя я и заявляю, что люблю тебя, я буду заниматься сексом с Шерри, как только у нас выдастся свободная минутка.
По мере того, как я говорил, Эмили бледнела все больше и больше, поскольку я выдвинул ей свой ультиматум. Наконец, она начала безудержно рыдать.
— Я приму это как отказ, - саркастически сказал я, пожав плечами. Затем я немного смягчил свой тон. - Теперь ты понимаешь, Эмили? Ты смогла бы принять меня обратно, если бы я это сделал?
Эмили отрицательно покачала головой. - Нет, я бы не смогла. - Сказав это, она выбежала из комнаты, рыдая, а мама последовала за ней.
Я посмотрела на маму. - Мама, если бы папа делал это с тобой, ты бы хотела знать или нет?
Мама тоже рыдала, когда поняла, что мы поменялись ролями. Я никому не собирался позволять делать из меня гребаного плохого парня. Наконец она сказала это. - Мне так жаль, дорогой. Я думала, они прекратят, но они этого не сделали. Мне очень, очень жаль, что я не сказала тебе. Я подумала, что если скажу, тебе будет больно.
Мне это и в голову не приходило. Я должен был подумать об этом, черт возьми! Я видел, как солдаты в моем подразделении получали письма от жен или подруг "Дорогой Джон" и теряли самообладание, прочитав их. Некоторые, казалось, теряли волю к жизни, а другие настолько отвлекались во время патрулирования, что могли подорваться
Поезд