и увидеть ее в профиль, когда Дарья Ивановна сидела напротив моей мамы. Я задавался вопросом, как выглядит ее большая грудь, и смотрел на ее ноги, поскольку её платье или юбка всегда немного поднимались, когда она сидела, и я изучал красивый изгиб ее ягодиц. Дарья Ивановна знала, что я смотрю. Я делал это все время, когда она была рядом, и я видел, как она слегка улыбается, когда ловил ее взгляд на выпуклость в моей промежности, которую мне было невозможно скрыть, и я знал, что она видела похоть в моих глазах. Возможно, между нами существовала сексуальная аура, если она была, то я был слишком неопытен, чтобы ее почувствовать.
Приближался Новый год, и до моего восемнадцатилетия оставалось три месяца, когда Дарья Ивановна и ее муж Борис Анатольевич устроили вечеринку у себя дома. Я знал всех, кто там был. Все они были друзьями и соседями. Где-то после полуночи гости начали расходиться по своим домам. Борис Анатольевич лег спать после употребления большого количества алкоголя, и все закончилось тем, что мы с Дарьей Ивановной остались только потому, что я хотел оставаться рядом с ней как можно дольше. Я помог убраться и предложил протереть полотенцем посуду, пока она её моет. Когда мы стояли у раковины, наши тела время, от времени соприкасались, просто нежными прикосновениями, но они были невероятно возбуждающими, для меня. Мой член был готов лопнуть, но я не знал, что делать, делать движение или нет? Я чувствовал, что Дарья Ивановна посылает мне эротические сигналы, но если бы я ошибался, я бы чувствовал себя дураком, и даже если бы я сделал первый шаг, я совсем не был уверен во втором. Как оказалось, Дарья Ивановна сделала этот шаг. Мы закончили мыть посуду, и я начал паниковать, думая, что мне пора уходить, когда она попросила меня потанцевать с ней. Музыка играла всю ночь, но я не слушал.
Дарья Ивановна не была стройной ни в коем случае, но она не была толстой, она была хорошо сложенной женщиной с большой грудью и прекрасной задницей. Ее тело было идеально пропорциональным, и я так сильно хотел ее. Она также не была красивой в общепринятом смысле этого слова женщиной, у нее была грубая, безошибочно непристойная, чувственная и сексуальная внешность. В моих глазах она всегда выглядела готовой к сексу, хотя я не вдавался в подробности.
Она была примерно того же роста, что и я, на каблуках, но она скинула их, когда мы начали танцевать, это было скорее медленное шарканье, чем танец. Мой член прижался к ее животу, и она ничего не сделала, чтобы изменить это. Я тяжело дышал, это было супер эротично, просто обнимая ее, и Дарья Ивановна прошептала: «Поцелуй меня Геночка». Я колебался, Дарья Ивановна встала на цыпочки, и мы поцеловались. Я осмелел, и мои руки опустились на ее попку, и я ласкал и сжимал чудесные холмики женской плоти.
— Я знаю, ты хочешь меня Гена. Я хочу и тебя. Я хочу научить тебя всему, — прошептала Дарья Ивановна.
Мы целовались и ласкали, а потом она сказала: «Не здесь, пойдем!». Мы вышли на улицу в сад. Было уже после 1:00 ночи и очень тихо, когда Дарья Ивановна вела меня к садовому сараю. Борис Анатольевич её муж проводил там значительное количество времени, вероятно, чтобы уйти от шума детей и немного побыть наедине с собой. Там стояло большое, мягкое коричневое кожаное кресло, в котором сидела Дарья Ивановна. Она приложила палец к губам: «Просто смотри...». Она положила руку на верхнюю пуговицу блузки
История 2. Первый разврат