оргазм! А такая она тихая и скромная в нашей группе — точно, что в тихом омуте или в болоте... Похоже, что боясь «залететь», она часто из своего обычного репертуара выходит! Я «вышел» сейчас тоже — как только я кончил, мой сфинктер расслабился и я стал изливаться ей в попку — у меня переработанных почками «отходов производства» было ещё очень много и мой мочевой не выдержал. Как ни странно, а девушке вроде даже и понравилось — она меня не отталкивала, а только так вновь тихо-сладко застонала. Лерка, как только я вынул с лёгким хлюпаньем своего «орла», побежала в другую кабинку. Судя по звукам, я сделал ей клизму! Ну и хорошо — это даже полезно. Уринотерапия! Бесплатная, кстати!
И, только я наконец натянул джинсы, в «мою» кабинку влетела какая пухленькая студенточка, очень аппетитная. Она тихо взвыла, но я крепко прижал её спиной к себе, её пухлая попка так возбуждающе прижалась к моему члену. Крепко обхватив её руками — какая у неё грудь! Ну и прошипел на ухо своим возбуждённым шёпотом, тихо балдея — грудь у неё такая классная:
— Не ори! Ты потом позору не оберёшься. Я сейчас просто ошибся туалетом — мне сильно придавило. А ты садись и вперёд и с песней, — я задрал ей юбку, приспустил трусики и усадил на стульчак, а она от обалдения только ойкнула. Сидит на унитазе и такими большими, невероятно удивлёнными глазами смотрит на меня.
Но вот «неотложный зов природы» — раздалось громкое журчание, потом она, видимо сдерживаясь, тихонько пукнула и покраснела. У меня в заднем кармане постоянно несколько салфеток — девушка вновь покраснела, но взяла салфетку. Только она вытерлась и встала, как я развернул её, совершенно опешившую и она, как и Лера с моей группы, уже вскоре стояла, упершись руками в этот совершенно многострадальный бачок. Сколько в него студенток уже упиралось! Хоть бы она не сорвала его, — запоздало подумал я. В её горячую влажную вагину я вошёл так хорошо! Девушка оказалась просто заводной, сразу возбудилась и страстно заохала:
— Ой, мамочка!... Ой, как хорошо!... Ах!... Милый!... Как зам-ме-чате-льно-о-о!... О, Боже! Я хочу, чтоб и ты то-о-же кон... чи-ил... О! Давай, милый... хороший... мой сладкий... о-о-о, я опять кончаю,. .. не кончай в меня... Можно в попку... ой. как хорошо... — в её пухлую попку я тоже вошёл очень хорошо, использовав крем из тюбика Леры. А попка у неё классная — шелковистая, горячая. упругая и такая уступчивая у неё дырочка. Неплохо её разработали!
Потом она потянулась и, вытерев попку и писюшку моими вовремя захваченными салфетками, так жеманно выдала, немного подумав, своё видение этой ситуации. Она вдруг тихонько рассмеялась, зажав свой ротик ладошкой:
— Действительно, если бы полчаса назад кто-то сказал мне, что отдамся мужчине в нашем туалете... Да ещё и студенту из параллельной группы. И отдалась и не жалею, так чудесно кончила... И в попке давно ничего не было... Так смешно. но было с тобой так классно. Я даже и от попки кончила, сто лет так не кончала, такое удовольствие... Меня. кстати, Лера зовут, Валерия... Мне через неделю 19 будет, придёшь ко мне на день рождения, — она протянула мне свою нежную ручку. Валерия Павловна.
— Александр, — отвечаю, пожимая узкую ладонь и церемонно склонив голову, словно находились не в студенческом сортире, а на приеме в Версальском дворце.
— Знаешь, Алекс, ты мне понравился. Если захочешь снова встретиться, позвони. Вот телефон. — «Лера номер два» взяла бумажку из ящичка и нацарапала ручкой
День откровений