Обак усиленно принялся долбить своего воспитателя, вытаращив глаза на хозяина по другую сторону. Поджал от удовольствия уши.
Кира стиснула Женькины ноги в районе лодыжек так, чтобы тот и не думал отступить или увернуться. Всосала его маленький околыш. И также энергично закачала головой. Мальчишка, чтобы удержаться, обмотал её волосы себе на руки. Взял по-хозяйски. Она и не думала его за такое ругать.
Чмок, хлым, хлым, мнам-мнам… Работала она, пуская слюни.
Второй рукой, он ухватил Киру за ухо и больно стал выкручивать. Как однокласснику на перемене. Та, лишь ускорила темп, принимая за приказ сосать лучше.
Это гораздо приятнее, чем дрочить в Интернет!
Внутри нарастало знакомое уже чувство, требующее подставить любимый носок. Его, понятное дело тут не имелось, зато Кира и не думала выпускать из рта его мужской каблучок.
Обама заскулил, и перешёл на другую, сбивчивую амплитуду. Кира застонала, принялась поднывать, заслезилась от удовольствия. Затем, пёс ослабил хват и соскочил. Оставил суку и развернулся, как в прошлый раз.
Кира замычала от страсти, перевела одну руку в бритой дырочке, стараясь повиснуть на Женькиной опоре и своём ухе. То заныло, отозвалось болью. Женька принялся отстреливать сперму, вместо носка ей в тридцатилетний огромный рот.
Кира поперхнулась, и резко сблеванула, прямо мальчику под ноги.
— Ой, молодец! Как вы хорошо меня, мальчики!
— Спасибо, тётя Кира, - ты такая волшебная женщина!
— Я теперь сука твоего кобеля. И твоя тоже.
— Ах, да, спасибо тебе сука! –его взбудоражили слова. В школе за такое поставили бы запись в дневнике.
Обак дожидался, пока не сократиться объём узла.
— Принеси минералку из машины. Там, у сидения впереди, - попросила выебанная сука.
Женька, на гнущихся ногах сходил и вернулся с бутылкой «Шишкин лес». Протянул утомлённой и похотливой женщине.
Та, не выходя из стойки, жадно отпила несколько глотков.
— Бери, пей, знаю, хочешь, - сунула назад.
— Я писать больше хочу... – пожаловался мальчуган.
— В гараже только одно для этого место. - Кира тут-же вновь схватила его достоинство в рот.
— Не в силах утерпеть от такого момента, Женька открыл краник.
Заполнил Киру. Казалось она даже не глотала, позволяя стечь в себя полностью его подростковой моче, до конца.
— Как вы так, а? – удивился мальчиш.
— Ничего! Порядок!
В этот момент, Обак отошёл в сторону.
Выссанный бригадир, вновь поднялся за дело.
— Давай теперь, водичкой сполосни мне там.
Женька поборов отвращение, но движимый интересом, вставил в оттопыренную пизду горлышко.
Хлюп-хлюп, -поблагодарила та. «Шишкин лес», потёк на ковёр. Сам не понимая, как, Женька вставил ей член, после Обака. Погрузился в приятное тепло. Заходил по просторной, только что выебанной, другом человека, норе. Руками, елозил по приятному, нежному телу, по широкой, офигительной заднице. Размазал сочащуюся из ран от когтей кровь.
— Да, да, мой хороший! Еби свою суку! Еби мальчик мой! Будь мужиком!
Она грязно ругалась до последних его усилий. Задёргалась в страсти, засквиртила в исступлении. Женька подумал, что дрессировщица обоссалась. И от этого зрелища, новый прилив оргазма охватил яркой вспышкой, приятными ударами по стволу краника. Влил ей сперму в деторожалку.
Она развернулась. Улыбнулась, как никто другой. Поцеловала в пупок.
— Одевайся, мальчик. Урок закончен.
Руки дрожали, он никак не мог застегнуть быстро ширинку. Всё-же, справился. Оделся.
— Ну, готов домой? Я вас отвезу.
— Подождите, тётя Кира.
— Что ещё?
— Расстегните молнию себе. Хочу посмотреть какая Вы в лифчике.
Она послушалась, загадочно улыбнувшись и сместив губы дудочкой. Жёлтый, кружевной и плотный лифчик. Трусики у неё из того-же набора. Женька сунул туда, возвращённые было деньги.
Кира, не ожидала. Не возразила, но потянула парнишку за собой, и страстно поцеловала ещё раз.
— Завтра приедем сюда снова. Попробуем теперь с цепью. Оденешь мне
Физика