же, ты уверен в том, что она тебе не изменяет? Без обиды, Влад, на чистоту?
Влад замялся.
— Нельзя быть ни в чём уверенным…
— Вот это правильный вывод! Вспомни, месяца три назад, ты говорил, что она уехала с Артуром и была с ним всю ночь. Думаешь, они не занимались сексом?
Влад молчал.
— Вот – вот, в том-то и дело! А откуда ты знаешь, что это было в первый раз? И почему ты думаешь, что и после этого она с ним не встречалась?
Влад продолжал молчать.
— А что тебе сказать…, тебе и сказать нечего!
Вот и муж нашей девушки думает так же, как и ты, для него она была верной, такой же и останется! Приедет она к нему, чуть отлежится, и вновь будет с ним сексом заниматься, всё будет как ни в чём не бывало, как и прежде!
Владу действительно было нечего сказать, Славик озвучил все его подозрения, от которых он просто отмахивался, не желая об этом думать, уподобляясь страусу, засунувшему голову в песок.
Чтобы переключиться с этой, больной для него темы, и особенно больной сейчас, он спросил Славика:
— Славик, а ты не думаешь, что она с вами такая покладистая только пока под воздействием наркотиков? Что будет потом, когда она будет без воздействия на неё вашей дури?
— Сейчас да, она такая под воздействием нашей дури, иначе она не была бы тут, по другому пока ни как. Мы бы не смогли столько тут её удерживать, да и она не смогла бы выдержать такого секса. Зато сейчас она покладистая, и сама желающая такого крутого секса. Но это пока, скоро она станет такой же темпераментной и без всякой дури.
Сейчас это нужно для того, чтобы для неё запомнились эти яркие, ни с чем не сравнимые ощущения, чтобы она постоянно вспоминала их, и хотела повторить это ещё и ещё. Эйфория от наркотика свяжется в её сознании с сексом, и она подсядет на это состояние, уже не сможет без этого. Ей будет постоянно хотеться испытывать это вновь и вновь, лёжа с мужем, она будет вспоминать и хотеть нас. Это останется в ней даже тогда, когда мы перестанем давать ей допинг.
Эта дурь, так грамотно подобранная Геной, даёт ей такое незабываемое состояние, что она постоянно будет искать возможности испытать его вновь и вновь, а оно свяжется у неё с сексом, с сексом с нами. Это же элементарный рефлекс, Павлова помнишь? Собаки давали еду и одновременно включали лампочку. Через какое-то время, при включении лампочки у собаки выделялась слюна и пищеварительный сок. Люди мало чем отличаются от этой собаки, всё тоже самое, все те же рефлексы и инстинкты.
Так что, скоро она станет зависимой от этого состояния эйфории, экзальтации, что дают ей наркотики, но она будет ассоциировать это с сексом, с нами.
Постепенно, мы уберём наркотики, а секс с нами останется. Понимаешь, что произойдёт? Она, ища возможности испытать это состояние, будет искать возможности секса с нами, постоянно хотеть нас! И тут не имеет значение, любит она своего мужа, или нет, секс для неё будет важен только с нами!
Мы, кстати, тоже принимаем кое-что, иначе бы Володя не долбил бы так её на четвёртый раз, и кончать бы ему было нечем, а тут, как конь, и заполнил всю её лунку спермой.
Сейчас, помимо всего, это ещё нужно для того, чтобы она расслаблялась и снимались болевые ощущения.
— А ты не думаешь, что она станет зависимой от этой Гениной дури, и если вы её ей не дадите, ей и секс с вами не будет нужен,
Случай в офисе