бумажнике и нашел листок бумаги, который искал. Я смотрел на него несколько секунд, спрашивая себя, действительно ли я хочу это сделать, и решил, что да. Хотя было уже поздно звонить, я набрал номер. Когда она ответила, я сказал:
— Бренда, мне нужна огромная услуга.
Она ждала в кабинке в глубине зала. Когда я сел, она сказала:
— Ладно, Фрэнк, ты полностью завладел моим вниманием. Ты сказал, что я, возможно, смогу помочь тебе наладить отношения с Дорис. Я вся внимание, милый. Что я могу сделать?
— Ты можешь рассказать мне все, что знаешь о Дорис. Пропусти все хорошее. Я хочу услышать только плохое. Это то плохое, с чем мне приходится мириться.
— Я не разбираюсь в таких вещах.
— Конечно, ты любишь Дорис, и ложью ты не поможешь. Я точно знаю, что ты знаешь о трех групповухах, которые она устраивала на мальчишниках, когда я был на Аляске в течение пяти месяцев.
Ее лицо побелело. - Ты знаешь об этом?
— Действительно, знаю, но что я хочу знать, так это то, чего я не знаю? Какие еще есть вещи, о которых я не имею ни малейшего представления. Если я собираюсь снова сойтись с Дорис, мне придется объявить амнистию, но я хочу знать, что именно я прощаю. Второго шанса не будет. Если она признается, как ты предложила, я хочу услышать все, а не только часть из этого. Если она признается, а позже я узнаю, что было еще кое-что, в чем она не призналась, между нами все кончено. Я ухожу и не оглядываюсь. И если есть что-то еще, я рано или поздно узнаю, точно так же, как я узнал о мальчишниках.
— Откуда ты знаешь, что я предлагала ей признаться?
— Коммерческая тайна. Суть в том, что если она признается, я должен услышать все это. Если я прощу ее за то, что она мне наговорила, и позже узнаю, что было еще что-то, все кончено. Итак, расскажи мне о мальчишниках и обо всем остальном, что ты знаешь.
— Что тут рассказывать? Ты видел тот, на котором мы познакомились, и все они почти одинаковые. Единственное, что меняется, - это лица.
— Как она оказалась вовлечена в это?
— Все девушки на работе знают, чем мы с Маршей занимаемся. Мы никогда не хотели, чтобы они знали, но муж Сэнди присутствовал на одной из вечеринок и сделал несколько снимков на свой мобильный телефон. Сэнди обнаружила фотографии и узнала нас. Она показала фотографии девушкам в офисе, и наш секрет раскрылся. Реакция была совершенно неожиданной. Вместо того, чтобы относиться к нам как к шлюхам, все девушки захотели узнать, как это было. Как мы начали? Почему мы это делали и тому подобное. Пара из них даже сказали, что хотели бы попробовать, так что мы с Маршей их устроили. Обе сделали это по одному разу, и обе сказали, что одного раза было достаточно.
— Дорис была одной из тех, кто хотела знать об этом все. Она всегда спрашивала о том, что мы делаем, как мы это делаем, и я могла сказать, что ей было интересно попробовать, но она никак не могла собраться с духом. Однажды во время обеденного перерыва Дорис подсела ко мне и спросила, почему я была так подавлена в тот день, и я рассказала ей. Мы с Маршей собирались устроить вечеринку в тот вечер, а Марша заболела. Мне предстояло работать с двенадцатью-четырнадцатью парнями в одиночку, и я не горела желанием этого делать. Дорис сказала мне, что она заменит Маршу. Я спросила ее, знает ли
Дьявольская метка