и удастся ли нам побыть наедине. Я постучал в дверь, и через несколько секунд Шивон открыла мне.
Она выглядела потрясающе. Была босиком, одета в летнее платье, которое демонстрировало красивые ноги и намек на загорелое декольте. У нее была отличная пара сисек; я несколько раз замечал, как они покачивались, когда она бегала по игровым полям.
— Привет, Зак, проходи, пожалуйста, — сказала она, и я прошел мимо нее. Она провела меня на кухню, где на столе лежали ее книги. Я догадался, что ее родители были в другой комнате.
— Хочешь попить? — спросила Шивон, пока я доставал учебники из сумки.
— Было бы здорово, — ответил я, — Спасибо!
— У нас есть кола, лимонад, апельсиновый сквош... что ты предпочитаешь? — спросила она, открывая дверцу холодильника.
— Апельсиновый сквош был бы замечательным, спасибо! — сказал я с улыбкой.
— Хочешь льда? — спросила она.
— Да, пожалуйста, — сказал я и окинул взглядом ее округлую упругую попку, когда она наклонилась и достала из шкафа бутылку сквоша.
Она сделала нам обоим по стакану сквоша, мне со льдом, ей — без, а потом мы сели за стол и приступили к серьезной работе. Домашнее задание состояло из тридцати вопросов, мы работали вместе, но ответы немного отличались друг от друга. Работать с Шивон было весело, она явно была очень умной, и вскоре мы справились с вопросами более чем с половиной вопросов.
Шивон встала, извинилась и пошла наверх. Я услышал, как спустили унитаз, прежде чем она вернулась вниз.
— Ты голоден, Зак? — спросила она с улыбкой. — Я могу приготовить нам обед?
Она выглядела потрясающе; летнее платье выгодно подчеркивало ее изгибы.
— Я мог бы что-нибудь съесть, — ответил я и одарил ее наглой улыбкой.
Она заглянула в холодильник.
— Боюсь, бутерброды с сыром — это единственное, что я могу предложить, — сказала она и отвернулась к холодильнику. Ее маленькая попка выглядела потрясающе; мой хер зашевелился в боксерах. Я бы с удовольствием задрал подол ее платья, спустил трусики и трахнул бы на кухонном столе прямо там и тогда.
— Сэндвич с сыром звучит отлично! — ответил я, встал из-за стола и размял руки и ноги.
Я смотрел, как Шивон режет и намазывает маслом хлеб. Из дома по-прежнему не доносилось ни звука.
— Чем сегодня занимаются твои родители? — спросил я, пока она нарезала сыр чеддер с огромного куска.
— О, их нет дома, они рыночные торговцы, поэтому работают каждую субботу, — улыбнулась она, — Они вернутся домой только около семи часов вечера.
— А остальные члены семьи? — спросил я, немного смущенный тем, что не знаю, есть ли у нее братья и сестры.
— Есть только я, — сказала она с понимающей улыбкой, — как насчет того, чтобы приготовить нам чаю?
Я наполнил чайник и заварил чай с помощью Шивон, которая помогла мне найти чайные пакетики и прочее. Мы отнесли перекус в гостиную. Мы сидели, ели и болтали. Она спросила меня о моей семье, и я рассказал ей о разводе мамы и папы. Она спросила о том, как я провел время на конюшне, и намекнула, что там я мог встретить несколько хороших девушек.
Я сказал ей, что такие были, но все они были шикарными цыпочками, что, честно говоря, было недалеко от истины. Я не хотел показаться слишком самоуверенным из-за своего пребывания там и пережитого опыта.
Затем я спросил ее о семье и будущем, и она рассказала, что ее родители много работали и что она хочет стать учительницей или медсестрой. Я знал, что из нее получится отличная учительница, все ребята
Глупость или последствия безответной любви