содержанки. И вот вся эта публика, сами из себя ничего не представляя, смотрят на всех, как на людей низшего сорта, а на нас как на обслугу. И это очень раздражает. — Маша нервно мотнула головой, видно вспоминая какую-то неприятную ситуацию, от чего её хвостик описал дугу в воздухе. — А Вы, Вы другая. С Вами хорошо и легко. — Маша вновь с улыбкой посмотрела снизу на Марину, взгляд её смягчился, но она опомнилась и тут же продолжила работу.
— Значит, после окончания процедуры ты дуешь на пальчики только мне? — Марина с лукавой улыбкой заинтересованно посмотрела на Машу, чуть склонив голову.
В какой-то момент Марина заметила, что Маша стала дуть ей на пальчики в конце сеанса. Это случилось не сразу. Но как-то само собой случившись раз, стало неким ритуалом и завершающим аккордом визитов Марины «на ноготочки». Хотя практического смысла это действие Маши особо не имело, это было скорее выражением симпатии к своей любимой клиентке (вряд ли на тот момент в этом был какой-то более глубокий подтекст).
Марина сразу на это обратила внимание, её это очень понравилось (возможно, даже проскочили какие-то легкие фантазии, но не более того), но она не решалась спрашивать Машу об этом, чтобы не смутить и… не спугнуть. И вот сейчас, когда Маша с ней поделилась не то, чтобы большой тайной, а скажем так тем, чем она бы не стала бы делиться ни с кем другим, ведь услышь это не те уши, это стоило бы ей работы. А значит, Маша ей доверяла. Так что сейчас был самый подходящий момент для этого вопроса.
— Я дую Вам на пальчики? Правда? Я и не замечала, — Маша улыбнулась, ну тут же ещё усерднее занялась Марининым педикюром, чтобы не выдать своё смущение.
— Ну вот и всё — через некоторое время Маша с улыбкой посмотрела на Марину, собираясь подняться.
— Разве? По-моему ещё не всё, — Марина с хитрой улыбкой смотрела на свою педикюршу, не собираясь подниматься и показательно ждала.
— Да, а что ещё? — Маша быстро глянула на Марину и тут же отвела взгляд, окончательно смутившись.
— Машенька, дорогая. Я тебя про это спросила вовсе не для того, чтобы упрекнуть. А наоборот, чтобы сказать, что мне эта часть процедуры очень нравится. И теперь, когда я знаю, что такая привилегия только для меня, то мне это ещё приятнее, и лично я точно не собираюсь от этого отказываться. — Марина чуть пошевелила пальчиками на ножках со свежим педикюром и показательно отвернулась, чтобы не смущать лишний раз Машу.
Маша вновь глянула вверх со слегка смущенной улыбкой и… так и не встретив взгляда своей старшей подруги, улыбнулась чуть шире, после чего перевела взгляд на ножки перед ней, с едва заметно шевелящимися пальчиками. Маша ещё раз улыбнулась, склонилась сильнее и стала уже привычно дуть на эти чудесные пальчики. Но то ли от того, что Марина так её приободрила, то ли она всё-таки немного нервничала, Маша в этот раз дула слишком старательно и в какой-то момент, переусердствовав, коснулась губами одно из больших пальчиков на ножке Марины. Маша тут же испуганно отстранилась. Но… ничего не произошло. Марина так и продолжала смотреть куда-то в сторону. Маша быстро глянула наверх и не заметив явной реакции на эту свою случайную вольность, через несколько мгновений, как ни в чём ни бывало, продолжила обдувать пальчики Марины. Теперь, после её нечаянного «поцелуя» ножки, это уже тем более не казалось чем-то выходящим за рамки.
Обе женщины не подали вида, что что-то произошло. Да
Эротический этюд 3