на несколько минут, чтобы перевести дух. Она все больше и больше возбуждалась. Ей хотелось прикоснуться к себе.
Она глубоко дышала пару минут, чтобы успокоиться и продолжить, но когда она снова вышла из ванной, то с шоком заметила, что теперь на нее смотрят четыре подростка, которые касаются носами окна и проделывают руками тоннели, чтобы получить наилучший обзор. Все они ухмылялись. Некоторые из них были полны прыщей, и, вероятно, она была первой женщиной, которую они видели обнаженной.
Эта мысль вызвала у нее странное ощущение. В какой-то степени она почувствовала некое болезненное удовлетворение от этого факта. Она сделала еще несколько заходов, и, даже делая вид, что не замечает их, она понимала, что они возбуждены, и это заставило ее задуматься о своих фотографиях в Интернете.
«Смотрят ли мои фотографии кучка неудачников, вроде этих прыщавых мальчишек, или толстые мужчины средних лет? Наверняка", - ответила она себе, - "Это люди, которые, вероятно, не могут позволить себе девушку, но, тем не менее, могут увидеть меня голой и униженной в любое время".
Она дрожала от унижения, но ее возбуждение нагнетало ее деградационные мысли: «Значит, я нахожусь на более низком уровне, чем эти неудачники с прыщами».
Где-то в районе десятой поездки она выронила пластиковый стакан. Шум испугал ее, но это происшествие натолкнуло ее на порочную идею. Она повернулась так, чтобы ее задница была направлена к окну, и, не сгибая коленей, подняла стакан, открыв зрителям очень красивый вид на свою задницу, учитывая тот факт, что она не могла сомкнуть ноги из-за распорки, которую носила.
Это заставило зрителей постучать по окну в знак аплодисментов. Этот шум, казалось, вывел ее из ступора, вызванного возбуждением. Ей стало совершенно стыдно за свои действия, и она как можно быстрее пошла на кухню. То же самое она проделала и с остальными.
Она хотела спрятаться в ванной до возвращения Меган, но поняла, что пол от ее грязных подошв и воды стал каким-то грязным. Она подумала, что Меган это не понравится и, возможно, все ее старания отправятся в мусорное ведро. Она поискала швабру, но не нашла ее. В конце концов она остановилась на большом куске старой ткани, который нашла на кухне, и принялась тереть пол руками и на коленях, доставляя подросткам массу удовольствия. Постепенно возбуждение возвращалось, а вместе с ним и здравый рассудок, и вскоре она начала позировать перед подростками, стараясь показать им как можно больше своей задницы, выгибая спину и почти прижимая лицо к земле, чтобы сделать задницу своей высшей точкой. Она представляла, что ее попка почти выпирает наружу, и даже играла с ней, то сжимая, то расслабляя ее.
Мальчики были заворожены, но, услышав какие-то звуки на лестничной площадке, убежали, стараясь избежать неприятностей. Пришедшая Меган, заметив, что мальчики убегают, развеселилась, а потом заглянула внутрь и удивилась тому, что Лилиан устроила такое непристойное шоу. Несколько секунд она наслаждалась этим, улыбаясь от вожделения. А затем открыла дверь, напугав Лилиан. Она быстро обернулась и с некоторым облегчением увидела, что в квартиру вошла Меган, а не мальчики.
Ее страх быстро сменился стыдом. Вероятно, Меган стала свидетельницей ее глупого поведения на глазах у подростков. Она покраснела и потеряла дар речи.
Меган хотелось "съесть" эту девушку прямо на месте, но она знала, что чем дольше она будет держать ее на грани, тем больше удовольствия это принесет и тем больше вероятность оставить у этой милашки впечатление на всю жизнь.
Ей никогда не доставляло такого удовольствия доминировать над кем-либо, но эта девушка была особенной. К счастью, Карен дала ей карт-бланш, чтобы она совращала Лилиан, как ей
ФУРОСЕМИД