меня никто не ждет, я впал в глубокое отчаяние. Даже слезы слегка начали наворачиваться. Я уселся на колесо и в задумчивости смотрел на противоположный берег, который было едва видно в такой поздний час.
Вдруг, я услышал частые шаги по густой траве и с надеждой обернулся.
— Андрюша, милый мой, ну что же ты убежал, - тяжело дыша, к колесу приближалась фигура тетушки. На ней был только короткий домашний халатик, и белые трусики иногда поблескивали внизу между красивыми полноватыми бедрами. Тетушка казалась соблазнительной как никогда, но гнев затмевал почти все мое восприятие.
Она подошла ко мне, а я со злостью смотрел в ее выразительные зеленые глаза и продолжал молчать.
— Ну же, мальчик мой, - протягивая ко мне руки и пытаясь обнять, продолжала она говорить, - тебе ведь понравилось, как я разбудила тебя в последний раз, вот я и решила повторить. Мне тоже все это очень понравилось. Ну же, прости меня.
— И что будет в следующий раз? - вдруг грубо заговорил я. - Ты отравишь их, чтобы они не мешали мне тебя еб@ть?
— Ну что ты такое говоришь?
Вдруг мой гнев дошел до такой точки, что я борцовским приемом повалил ее на траву и, схватившись за шею обеими руками, начал душить.
— Андр..., - едва успела проговорить тетушка и слабыми ручками ухватилась за мои запястья, на которых от напряжения раздулись вены и расстегнулся замок на браслете часов.
Я очень быстро пришел в себя и ослабил хватку, позволив женщине дышать. Она не шевелилась, ее длинные ноги были согнуты в коленях и слегка раздвинуты. Я снова увидел белеющие трусики и голые бедра. Меня охватило звериное желание, член и яйца заныли, требуя немедленно овладеть тетушкой.
Я задрал ее халатик еще сильнее и, схватившись за края трусов начал с силой их стягивать, оголяя тетушкину промежность. Трусы порвались в каком-то месте, издав характерный треск. Тетушка не сопротивлялась и даже выпрямила ноги, когда это потребовалось для снятия трусов, но продолжала лежать и молчать с закрытыми глазами.
Я, поспешно стянув с себя штаны, с нетерпением устроился у нее между ног и вогнал свое таранное орудие в ее волосатую киску до самого основания. Казалось, что все складочки в ее нежной киске мигом расправились, принимая член в свое объятие. Тетушка хоть и была мокрой как болото внутри, все же не ожидала этого и, открыв рот, издала почти бесшумный звук, похожий на кряканье.
Я остановился на несколько мгновений, находясь полностью внутри нее, и посмотрел на ее прекрасное лицо. Она была так слаба и уязвима передо мной, распростершись с широко раздвинутыми ногами и раскинутыми в стороны руками.
— Ну же, мой ненаглядный мужчина, - вдруг прошептала она, не открывая глаз, - бери меня и делай что хочешь.
Я начал жесткие толчки, возвышаясь своим телом над обмякшей тетушкой. Развязав пояс на халате, я полностью раскрыл ее нежное тело, водя рукой по гладкой коже и продолжая напористые движения. Через минуту тетя Катя начала стонать и иногда всхлипывать. Я чувствовал, как ее киска сокращается внутри, нежно обхватывая мой неумолимый член.
Затем я поставил тетушку раком, уткнув головой в траву и, продолжая иметь сзади, грубо насаживал на член. Когда накрыл оргазм, я начал резко и беспорядочно двигаться внутри нее и по-хозяйски спустил всю сперму в ее киску. Вытащив обмякающий член, я начал поспешно надевать штаны. Тетушка продолжала стоять, задрав красивую голую задницу, а из ее волосатой щели вытекала моя белеющая в темноте густая сперма.
Когда я уже оделся полностью, она, нащупав порванные трусы в траве и, усевшись на колесо, начала
На рождество