кулаке и ударил его по горлу. Он упал навзничь, хватаясь за горло и хватая ртом воздух.
— Это было довольно реально, не так ли? – спросил я. - Каково это? - Я пнул его в пах и увидел, как он согнулся пополам от боли. - Для тебя это достаточно реально?
— Хорошо, хорошо, ты настоящий. Пожалуйста, хватит, - взмолился он, когда восстановил дыхание. - Чего ты хочешь от меня?
— Я хочу все, - сказал я.
— Что ты имеешь в виду? – спросил он.
— Я собираюсь подать иск против тебя на смехотворно высокую сумму денег за то, что ты и правление сделали с моей женой. И ты не собираешься это оспаривать, - сказал я. Он рассмеялся.
— Ты издеваешься надо мной, да? – спросил он. - Ты ждешь, что я просто сдамся и отдам тебе свои деньги?
— Ну, только то, что твоя жена не получит при разводе, - сказал я. - Я слышал, она собирается обобрать тебя до нитки. Я намерен отправить тебя в богадельню. Кроме того, ты проведешь в тюрьме остаток своей жизни. Тебе это больше не понадобится.
— Ты говоришь о 400 миллионах долларов, - сказал он. - Я не собираюсь просто так отдавать все это тебе. Можешь поцеловать меня в зад.
— Я так и думал, что ты скажешь что-то в этом роде, - сказал я. - Может, ты бы хотел, чтобы пауки вернулись? - Он потрясенно посмотрел на меня. - Да, я знаю, как сильно ты боишься пауков. Как ты думаешь, на кого они работают? Кто, по-твоему, навел их на твои сны? Поверь мне, Бергстром, ты еще даже не начал испытывать ужас. К тому времени, как я закончу с тобой, тебя уже отправят в психиатрическую клинику в наручниках.
— Как... Что... - начал он. Я отмахнулся от него.
— Это твой выбор, Бергстром. Либо ты будешь сотрудничать, либо окажешься по уши в пауках. Буквально, - сказал я. Я наблюдал, как его лицо побелело, а глаза расширились от страха. Затем он взял себя в руки и кивнул головой.
— Хорошо, хорошо. Я сделаю, как ты говоришь, - сказал он.
— Я знал, что ты посмотришь на вещи по-моему, - сказал я. - Помни, сотрудничай, и я отгоню пауков. И меня здесь никогда не было. Понял?
— Я понял, - сказал он, дрожа. Я отключился от его мыслей и, сев в кресло, перевел дыхание. Это усилие вымотало меня больше, чем я ожидал. Я выпил чашечку кофе и немного расслабился, а затем выполнил упражнения, которые мне дали Смит и Джонс. Когда я почувствовал, что готов, я подключился к разуму Джейка и повторил упражнение.
Он чуть не наложил в штаны, когда увидел меня в своей камере. Мне не пришлось убеждать его, что я "настоящий", как это было с Бергстремом, что значительно сэкономило мне силы. Он боялся крыс, и мне легко удалось убедить его принять мой иск. Когда я отключился от его сознания, я был физически истощен и решил, что на сегодня хватит.
Потребовалось еще пять ночей, чтобы связаться с остальными членами правления, которые томились в своих камерах. Никто из них не оказал такого сопротивления, как Бергстром, что меня не удивило. По сравнению с Бергстромом все они были слабы - физически и морально. Но это отняло у меня много сил, о чем и Смит, и Джонс рассказали, когда приходили на еженедельный прием.
— Возможно, тебе нужны какие-то новые упражнения, - сказал Смит.
— Спасибо. Как раз то, что мне нужно, - саркастически заметил я. - Кстати,
Мануальная терапия