Не слишком толстый, обычного среднего размера, но отличающийся длинной в семнадцать сантиметров член быстро двигался в женском влагалище с характерными звуками.
Немного подрагивающие от возбуждения пальцы аккуратно расположились на ягодицах, стоявшей на карачках – «раком», женщины.
Осторожно, даже боязливо проминая подушечками пальцев натренированные мышцы под небольшим слоем подкожного жира.
А при каждом ударе мужского паха об обнаженную задницу женщины шли быстро затухающие «волны» по её ягодицам, создавая просто восхитительную картину.
Затянутые в бюстгальтер, а также покрытые сверху тканью сарафана большие тяжелые груди покачивались в такт движению обоих совокупляющихся тел.
— Боже, боже-е-е, - то ли тихий стон, то ли то, что можно назвать вырвавшимся наслаждением из мягких и желанных губ женщины, используемой сейчас в качестве обычной, но очень сексуальной и желанной дырки для стоящего колом елдака.
Движения мужского таза всё ускорялись, вызвав ещё более сильный стоны и спорадическое дрожание перевозбужденного женского тела...
Это продолжалось уже несколько минут, а трахающий женщину в её подставленную дырку всё больше и больше распалялся. Мысли о том, что он имеет тело самой желанной и любимой женщины просто взрывало его мозг...
Всё больше вытесняя из мозга обычное человеческое, а оставляя только одно – дикую, сносящую любые моральные и этические барьеры похоть, и ничего более.
— Да-а-а, - только и смог произнести молодой парень и тут же в сочащееся соками лоно, достигая самых потаённых уголков влагалища, брызнула тугая струя спермы.
— О боже, - еле слышно произнесла женщина, поняв, что он кончил прямо в неё.
— О да! – парень замер, ощущая, как головка судорожно дернулась, выплескивая из себя остатки семенной жидкости.
Он прикасался пахом к женской заднице, полностью погрузив свой елдак в тело, с вожделением ощущая, как его начавший опадать «дружок» в последний раз дернулся в судороге, выплеснув последнюю порцию спермы. И начал съежиться, продолжая выдавать капли семенной жидкости.
Две обнаженные фигуры стояли всё в той же позе, как кобель со своей сучкой после вязки в «замке». Не говоря или предпринимая каких-то действий с обеих сторон.
«Боже! Хорошо я спираль поставила, да и противозачаточные пью, - пронеслось в её голове: - Надо ему что-то сказать, а что?»
И оба так и не говоря друг другу ничего замерли, страшась начать разговор первым. Не совсем понимая, как им дальше быть, после того, что между ними сейчас произошло.
— Ах, нет! – только и смогла произнести она, когда прошла может минута, а он опять начал поступательные движения, начавшим наливаться кровью членом
Молодой и здоровый организм, практически сразу опять возбудился и опять потребовал от парня продолжения дикого траха с этой женщиной...
— Ох, ох-х-х, - выдавила она из себя. – Боже, Володя, ну зачем ты? Неужели тебе это нравится? – не удержалась она, правда не показывая как-то ещё своё негативное отношение к происходящему. И не делая ничего, чтобы остановить повторное соитие.
— Ты еще спрашиваешь... - судорожно выдохнул из себя Володя, не прекращая своих действий.
— Боже, это просто не может быть. Наверное, я сплю, - простонала, прошептала женщина.
— Нет! – выдал парень. – Это всё по-настоящему. И ты, ты просто великолепна в своём обнаженном виде и в этой..., - он немного замялся, - в этой... гм-м... позе, - не удержался от комплимента её любимый и обожаемый мальчик.
— Боже, что я творю? - сотрясаемая ударами, прошептала она. – Что мы – творим!
— Мам! Ты просто лучшая.
Да, сейчас собственный сын, как последнюю развратную шлюху трахал свою собственному мать – Марину. Именно туда, откуда он появился.
И сейчас оттуда, между стенок влагалища и его члена просачивалась взбиваемый длинным елдаком Володи «коктейль» из спермы
Обоюдное желание