Ощущение боли от того как рlug распирает меня изнутри и от жуткого холода. Невольно дергаюсь. — Стоять! Хозяин чуть щекочет и пощипывает клитор. Следует несколько чувствительных шлепков по промежности, затем он шевелит в попке конус. Аааа… я не могу больше терпеть! — Стоять, я сказал! Стараюсь привыкнуть к этой холодной раздирающей боли. — Так сегодня пойдешь. Может быть даже кому-нибудь и продемонстрируешь свое украшение. Он быстро одевается, и мы выходим из номера. — Я возбуждена… — Знаю. Пошли. Вечер, легкие сумерки. Какие-то дома, грязноватые улицы. Девицы внимательно разглядывают нас, а мы их. Я немного нервничаю, да и попка уже устала от украшения — сейчас конус не то что ледяной, а горячий от моего тела. Каждую секунду он напоминает о моей роли подле Господина. Вот одна интересная кубинка — не молодая, не старая, с крутыми бедрами и полной грудью. Ему она тоже нравится, подходим. Ее зовут Мария. Она разглядывает меня, а я ее. — Трез? — Си. Проходим пару кварталов и заныриваем в какую-то подворотню. Поднимаемся по скрипучей темной лестнице, комната в полумраке с кроватью в центре, сигарный аромат. В комнате чувствуется накопленное тепло и духота за жаркий день. Я усаживаюсь на какой-то пуф, заваленный вещами и испытываю дичайшее возбуждение от ожидания, что сейчас будет. Господин перестает обращать на меня внимание, он занят новой девочкой. Мария что-то шепчет, Господин пытается понять, что она хочет, наконец, им удалось объясниться, и я слышу его смех. Поворачивается ко мне:
— Раздевайся и в койку! Она говорит, что у нее никогда не было белой девочки. И если я разрешу ей полизать тебя, то она потом отдастся мне как я захочу и совершенно бесплатно, потому что ей самой так хочется. На эти слова мое тело радостно и счастливо заныло от предвкушения. Как же я этого хотела! Я только сейчас поняла, когда оно свершилось, что желание было дико сильное, я просто не отдавала себе отчет в этом. Раздеваюсь и ложусь на кровать. Раскидываю ноги в стороны, прикрываю глаза. Я готова. Мария обнаруживает кристаллик в моей попке и начинает что-то по-испански лопотать и спрашивать. — Да, да, это мое украшение, Хозяин подарил. Лижи скорее. Она легонько целует меня в губы и перемещается к киске. Тело ее пахнет особенно, чем-то пряным, приятный запах. — А лижет она превосходно! У меня были разные девочки — и ванильные и из Темы. Все они старались меня лизать. Одни потому что в ответ должны — их же уже поласкали, другие потому что Госпожа приказывает. Мария же лизала так, как будто это в последний раз у нее в жизни. Она не старалась доставить удовольствие мне, она доставляла удовольствие себе. Впивалась в губки, проникала языком во влагалище, посасывала бугорок клитора. Ее язык был сильный и
горячий. Я была на верху блаженства. Мне так нравилось ощущать, что она получает удовольствие от меня. Тут Мария поменяла тактику: язык сосредоточился на клиторе и она принялась терзать меня сильными движениями, и именно такими как мне надо. Рукой же Мария стала шевелить у меня в попке кристаллик. Я была близка к оргазму, но она умело уводила меня от самой вершины, продлевая удовольствие себе. Я почувствовала пальцы Господина у себя во рту, вкус был немного странный. «Это соки Марии», пояснил он. «Она течет не хуже тебя!». Я принялась остервенело обсасывать пальчики Господина, представляя, что это его член. Когда пальцы заскользили по корню языка, я вновь испытала необычные предвестники оргазма… потом с ними разберусь. Пощечина довершила свое дело: «Кончай Сучка!» Пять
Рассказ о том, как я лишалась невинности