окруженную сталью яму для костра примерно в тридцати метрах от того места, где мы разместились. - У нас есть еще палатка, так что, может быть, мальчики возьмут одну, а девочки — другую?
Вот так мы и оказались в кемпинге, который был в нашем полном распоряжении. Пит объяснил после ужина, что они уже более десяти лет отдыхают в одних и тех же семьях на Пасху. Когда дети достигли подросткового возраста, было решено, что у них должна быть отдельная зона.
— Им не нужно слышать, о чем мы говорим, особенно после выпивки, — сказала Эшли.
Эта мысль была доказана, когда другая семья приехала уже после наступления темноты. Мы все помогли им обустроиться, затем они вернулись к огню, и была открыта еще одна бутылка вина. Грег и Кайли были молодой парой с тремя мальчиками. Ну, моложе меня, Анжелика, вероятно, была примерно того же возраста. Грег был крупным поджарым фермером, а Кайли была школьной учительницей с ртом, как у причала. Это заставило меня задуматься, как она сохранила свою работу, потому что, похоже, единственные прилагательные, которые она знала, были fuck и shit. Хотя она была довольно забавной и заставляла нас всех смеяться. Ее муж возвращался к их кемперу, чтобы налить еще вина, когда Кайли крикнула ему остановиться.
— Подожди, — она наклонилась вперед и потянулась за спину. - Ты можешь взять эту штуку с собой.
Кайли извивалась и крутилась, затем подняла переднюю часть рубашки и стянула бюстгальтер. Она бросила его мужу, которому пришлось быстро переместиться вправо, чтобы поймать его. Я посмотрел на нее и ее лишь частично прикрытую грудь.
— Бля, какое облегчение. Кайли обхватила свои пышные груди руками. - Вы, ребята, даже не представляете, насколько неудобны эти штуки.
— Теперь можешь их убрать, дорогая, — сухо сказал Грег.
— Он не будет жаловаться потом, когда они обернуты вокруг его члена, — тихо добавила Кайли в сторону.
— Что ты сказала, детка? — крикнул Грег издалека.
— Ничего, дорогой, я просто убираю их, — она подмигнула мне, полностью задрав рубашку, прежде чем стянуть ее вниз.
Долгая поездка и гораздо больше пива, чем я обычно потребляю, привели к тому, что вскоре я был готов ко сну. Вернувшись в наш кемпер, Анжелика прокомментировала поведение Кайли.
— Ну, это было настоящее представление. Чтобы продемонстрировать, о чем она говорила, моя жена на мгновение приподняла рубашку, блеснув бюстгальтером. - И вы, ребята, на это клюнули.
— Я не понимаю, что ты имеешь в виду, — я притворился невинным.
— Ты буквально пускал слюни.
— Ты ревнуешь? — поддразнил я.
— Эта маленькая кустарниковая свинья? Ни за что на свете.
— Гррр, — я изобразил царапающуюся кошку и рассмеялся.
Анжелика бросила в меня туфлей и высунула язык. Я был раздет, поэтому забрался на кровать. Моя жена последовала за мной, втерев в кожу увлажняющий крем. Я выключил фонарик, так что было почти темно, за исключением света от полной пасхальной луны, протискивающейся по краям вентиляционных клапанов.
— Довольно удобно для тебя, — сказала Анжелика, прижимаясь ко мне.
— Что такое?
— Мы были совсем одни. Ее рука скользнула мне в шорты.
Мы немного поиграли. Голоса вокруг костра затихли, а затем генератор выключился. Анжелика толкнула меня на спину и забралась наверх.
— Как ты думаешь, ты сможешь вести себя достаточно тихо? — спросила она.
— Да, без проблем.
Мы занимались любовью, медленно, нежно, растягивая окончание как можно дольше. После мы лежали бок о бок, слушая странные звуки вокруг нас. Две совы-бубука перекликались, ветер шелестел листьями, ветка упавшего в реку дерева нежно шлепала по течению. И регулярные хрюканья, перемежаемые редкими
Галчонок