присутствии. Это правда, но я не хотел этого говорить.
Этот момент изменил все. Прежде чем я успел что-либо сделать или сказать, она набросилась на меня, как муха на дерьмо. Она провела руками по всему моему телу, осыпая меня сладострастными поцелуями, и через несколько минут сняла свой топ и лифчик, потянувшись к моим штанам. Конечно, я был только рад и двигал тазом изо всех сил, чтобы помочь ей добраться до моего члена, пока я сосал и ласкал ее гигантские сиськи.
Когда она была одета, ее сиськи казались большими, но когда она была обнажена, они выглядели просто чудовищно, когда болтались вокруг нее. Они были красивыми, мягкими и манящими, а ее соски были слишком большими даже для ее огромных грудей и твердыми, как камень. Боже, сосать их было божественно!
Мы продолжали щекотать гланды друг друга, когда она раскрыла мой твердый, как камень, член и энергично принялась поглаживать его одной рукой, а другой нежно ласкать мои яички. Менее чем через 5 минут наших взаимных терзаний я прервал наши поцелуи и сказал ей: - Мне нужно съесть и трахнуть тебя прямо сейчас. - К тому времени я был совершенно без штанов.
Она лукаво ответила: - Не терпится попробовать, да? Давай пойдем в более удобное место.
С этими словами она встала, схватила меня за руку и повела прочь. Я остановил ее, поднял на руки (это было нелегко, но я крупный парень и поднимаю тяжести через день) и сказал: - Я Тарзан, а ты Джейн. Тарзан, отнеси Джейн в постель, а потом хорошенько трахни Джейн, - вызвав смех Кэрол, когда она указала дорогу к своему спальня. К счастью, это было на втором этаже – нести ее вверх по лестнице, возможно, было действительно трудно.
Я уложил ее на кровать, а затем стянул с себя рубашку и одним движением снял с нее юбку и трусики. У нее была огромная безволосая киска с округлыми набухшими половыми губками – я не знал, было ли это потому, что она была возбуждена, или потому, что они всегда были такими. Честно говоря, мне было все равно, когда я погрузился в ее ожидающее влагалище обеими руками, губами и языком.
Честно говоря, я никогда не лизал много киски своей жены – не потому, что мне не нравятся киски, а потому, что киска моей жены пахла скумбрией. С другой стороны, киска Кэрол была самым сладким, что я когда-либо пробовал в своей жизни, и пахло от него так же приятно, как и была на вкус. Я облизывался и прихлебывал из-за бури эмоций. Через несколько минут, в перерывах между громкими стонами удовольствия, Кэрол сказала: - Я … хочу…твой…О Боже…член…дай…срань господня, ааааа…его сюда...
Не желая ни в чем ей отказывать, я быстро развернулся на 180 градусов и прижал свой пульсирующий член чуть выше ее рта, продолжая трахать пальцами и языком ее теперь уже насквозь мокрое влагалище. Когда она начала сосать меня, как изголодавшаяся женщина леденец на палочке, а я втягивал в ее сладкую, как мед, киску нектар, я подумал: - Боже, это, должно быть, действительно рай.
Как только я довел ее до двух оргазмов по 8, 0 балла по шкале Рихтера и сам был готов извергнуть сперму повсюду, я снова развернулся на 180 градусов и погрузил свой пульсирующий свекольно-красный инструмент в ее влагалище. Несмотря на то, что мой рост составляет 190 сантиметров, мой член лишь немного длиннее и крупнее в обхвате, чем то, что, как я читал, считается в средним. Он, казалось, потерялся в ее похожей на пещеру дырочке.
Поездка в Ольгинку-2. Продолжение.