не осталось. Мои мысли были прерваны диким криком Елены:
«Я нашла ошибку! и пару слов вдогонку на чистейшем русском мате. Мои девочки накосячили в двух операциях. Были введены неверные счета. Завтра, я собираюсь устроить им грандиозную разборку их косяков. Елена Михайловна сказала мне пока не проверишь всю проводку не ходи Геннадий. Ну, вот и все. Теперь я просто распечатаю его.
Я натянул добрую улыбку, заглянув в кабинет Елены Михайловны.
— Удивительно. Так нужно ли мне закрыть систему после проверки?
— Да, пожалуйста.
Елена Михайловна закрылась в своём кабинете. Все в конторе знали, что наш генеральный Артур Атарбекович и Елена Михайловна, время от времени, как раз от избытка потенции у её начальника, как и его секретарша Ольга занимаются сексом.
Закрывая систему и выключая сервер, я услышал шум в кабинете Артура Атарбековича, через стену. Елена Михайловна открыла кабинет, достала из сейфа печать с подписью нашего Артура Атарбековича и наклеила их на балансы.
— Я сейчас. Я закончу с бумагами...
— И вдруг говорит мне: Давай выпьем, что ли Геннадий в столь поздний час...
Кабинет генерала довольно просторный, шесть на пять метров, угловое расположение, четыре больших окна, закрытые жалюзи, кожаная мягкая мебель состояла из дивана и двух огромных кресла, кожаных черного цвета. Письменный стол размером два с половиной метра, стена из темного дерева с отделкой из светлого ореха, барная стойка с зеркалом и подсветкой, лампы по углам, растения в горшках на удивление живые, а не пластиковые на полу, даже небольшой фонтанчик в вазе в форме раковины. Елена Михайловна достала из бара литровую бутылку водки "Nemiroff" на две трети опустошённую и спросила меня: «Может, коньяк или виски желаешь?»
— Нет, спасибо, лучше водку пить Елена Михайловна.
— Теперь посмотрю, что там в холодильнике есть нам на закусь...
В холодильнике было все. Елена Михайловна ограничилась пачкой крабовых палочек, копченой колбасой, майонезом и белым хлебом. Стол был накрыт на стеклянном журнальном столике рядом с диваном. Я был несколько удивлен, когда Елена Михайловна налила водку не в высокие хрустальные бокалы, а в бокалы, для вина, по три пальца.
— Ну, давай Геннадий будем здоровы, и для подготовки баланса мы все же постарались с тобой.
Взяв бокал с водкой и держа его высунув мизинец, Елена Михайловна выпила водку залпом. Я был немного смущен. Такая доза в первый раз показалась мне слишком большой, но отступить не могу, мне стыдно перед женщиной. Я пил водку из своего бокала в три глотка. Водка это хорошо, впрочем. Мы перекусили крабовыми палочками с майонезом.
— Повторить надо Геннадий!
Зазвонил телефон. Пока она шла, я вылил большую часть водки в горшок с каким-то экзотическим цветком с маленькими темно-зелеными листьями на плотных побегах. Я не хотел сразу опьянеть. Я не люблю шоковые дозы водки.
Елена Михайловна повернулась и села на диван.
— Ну вот. Я сообщил об окончании нашей работы. Артур Атарбекович доволен. Передает благодарность, будет премия, так что не зря ты тут сидел Геннадий, со мной.
— Cпасибо. Это приятно слышать. И Вам спасибо, Елена Михайловна. С вами приятно работать, вы хороший начальник...
— К тому? же. Каково это — быть начальником? Мне все это надоело, если бы вы только знали...
— Нет, нет, что вы. Я хотел сказать, вы очень хороший специалист и очень симпатичная женщина. Поверьте мне, вы очаровательны Елена Михайловна.
— Это другой вопрос. Приятно слышать, так поздно ночью, после такого сумасшедшего дня можно хотя бы немного расслабиться. Блядь!"... Она даже заставила меня покраснеть. А ты Геночка продолжай говорить. Скажите что-нибудь приятное. Не стесняйся. Сегодня ты можешь говорить всё.
Лиза 2