от тебя жду", которой они одарили меня во время нашей последней вечеринки по тимбилдингу у бассейна.
— Тимми, - сказала мама. - Муж Приши уедет на выходные. Я предложила тебе помочь Джастину передвинуть кое-какую мебель после вашей субботней встречи.
— Ты ведь не против помочь мне, Тимми? - Спросила Приша.
Ее сын Джастин посмотрел на свою маму, потом на меня, а затем пожал плечами.
Прежде чем я успел ответить, на меня уставились десять пар глаз. Я почувствовал себя только что вылупившимся черепашонком, и все гребаные ястребы в небе только что обратили свои голодные взгляды в мою сторону. Я чуть не сделал шаг назад.
Миссис Нгуен, стоявшая справа от мамы, сказала: - Тимми, мне бы не помешало кое с чем помочь в воскресенье.
Другие мамы сузили глаза, бросая злобные взгляды на миссис Нгуен.
— С чем? - Спросил Кевин, сын миссис Нгуен.
— Я расскажу тебе позже, - сказала ему миссис Нгуен.
— Да, без проблем. - Я выдавил из себя улыбку, пытаясь вести себя как жеребец, которым я стал. - Я не против помочь любому, кто нуждается в помощи. Это доставит мне удовольствие.
Некоторые из моих товарищей по команде рассмеялись, но, думаю, они по-своему понимали, что наши шутки о матерях вот-вот станут реальностью.
Мы с мамой попрощались и отправились домой.
Поездка домой
Мы ехали почти в полном молчании. Проехали всего пять километров, и я опустил стекло, чтобы избавиться от запаха борца, как однажды Диана назвала мой мускусный запах, забрав меня с тренировки. Мама тихо спросила, не голоден ли я. Мне показалось, что я услышал легкую дрожь в ее голосе.
Позаботься о маме. Я не вспоминал о сообщении, которое прислала мне Диана, а слышал голос своей сестры у себя в ушах.
— Я собираюсь принять душ, когда мы вернемся домой, - сказал я. Я посмотрел на маму. Ее платье так скомкано лежало у нее на коленях, что казалось, будто она забыла надеть трусики сегодня вечером. Присмотри за ней. - В своей комнате. Ты можешь присоединиться ко мне, если хочешь.
Мама сделала глубокий вдох, и ее верхняя часть тела изогнулась, как будто самый прохладный ветерок в мире заскользил по ее юбке и вокруг киски. Она сглотнула, ее горло дернулось, и глаза слегка расширились, хотя она ничего не сказала в ответ на мое предложение.
— Я оставлю дверь открытой для тебя, - сказал я, чувствуя, как мое сердцебиение участилось, когда я потянулся через центральную консоль и положил левую руку на середину маминого бедра. Мои длинные пальцы скользнули по внутренней стороне ее бедра, к самой горячей части ее тела.
— Я думаю, что выпью немного вина, когда мы вернемся домой, - сказала она, задыхаясь от внезапно нахлынувшего волнения.
Мамины ноги раздвинулись. Тепло ее тела наполнило мою ладонь. Ее грудь вздымалась и опускалась от резких, учащенных вдохов, в то время как мир за окном проносился перед моим взором размытыми красками. Я положил руку на ее колено, затем снова поднял, притягивая ее бедро ближе к себе и отводя колено далеко вправо. Это не мешало ей вести машину.
— Принеси вино к себе в комнату, - сказал я. Я остановил свою руку, когда мой мизинец коснулся более мягкой внутренней поверхности ее бедра, в нескольких сантиметрах от источника тепла, исходящего из ее промежности. - Подожди меня. - Мой член затвердел, и ствол набух плотной, упругой массой.
Мама сделала глубокий, прерывистый вдох, а затем сказала: - Хорошо.
Я снова сжал ее ногу. На протяжении последних пары километров до дома мой мизинец все больше и больше продвигался вверх по ее бедру. Чем
Как то весной...