Я постаралась разглядеть выражение лица собеседницы под темной вуалью.
— Инесса, вы меня позвали сюда, чтобы устроить допрос?
На этот раз дама не сдержала усмешки.
— Вовсе нет, я просто люблю трахать мужей при их женах. Это одна из моих слабостей. Ещё чая?
Издевается! Ну, ладно! Я решила принять правила игры, чтобы потом немного проучить нагловатую стерву.
— Да, не откажусь. А какие ещё слабости у Вас присутствуют?
Теперь под вуалью блуждала лукавая улыбка. Неспеша, она наполнила вторую маленькую чашку, протянула мне, и откинулась в кресле, кончиком пальца поглаживая торчащий сосок.
— О-о, их масса... я очень люблю покорность и подчинение.
— Например? В каком виде?
— Мы можем поговорить об это более предметно, если Вас это так интересует.
— Давайте поговорим...
— Раздевайся!
Не отводя взгляд, я сделала пару медленных глотков, отставила чашку, и вскинула бровь:
— Не поняла.
— Раздевайся и на колени! Быстро!!!
Теперь пришла моя очередь смеяться.
— Послушай, извращенка, по правилам игры подчиняться тебе может только жертва. То есть он, - я кивнула в сторону мужа, - и то в определённых рамках. А я могу послать подальше и показать вот это.
Приставив кулак прямо ей к носу, я медленно отогнула средний палец.
С лица собеседницы слетела усмешка. Теперь её взгляд стал пронизывающе угрожающим.
— М-м-м-м, - простонал Рома и повернул голову в нашу сторону, нетерпеливо облизывая губы.
— Сейчас, сейчас, мой хороший. Я вернусь, - продолжая буравить меня взглядом, шепнула дама.
— Ром? – я вдруг поняла, что с мужем что-то не так. За всё время он не проронил ни слова, продолжая безвольно лежать на спине с завязанными глазами.
На мой оклик тоже никакой реакции. Я вскочила с кресла, чтобы снять с него повязку.
— О-о-у! – комната вдруг наклонилась, и вместо того, чтобы шагнуть к кушетке, я улетела к противоположной стене и завалила торшер.
— Аккуратнее с вещами. Кажется, ты перебрала с чаем! - Инесса неторопливо поднялась на ноги и вальяжно направилась в мою сторону.
— Ах ты сука! – испуганно прошептала я. Чтобы встать, пришлось опираться о стену. Перед глазами поплыла какая-то муть, но голова уже так не кружилась.
— Сукой будешь ты, - женщина подошла ко мне в плотную, правой рукой перехватила запястье, а на левую ладонь ловко накрутила мои волосы и потянула их вниз, - А меня звать Инесса Константиновна. Поняла? Или просто «хозяйка».
— А-а-а-й! – взвыла я от боли, оседая к полу. Насильница коленом прижала мою голову к ковру, резко завела обе руки назад и чем-то плотно их стянула.
Ромка на кушетке продолжал молчать.
Инесса перевернула меня на спину, и встала прямо над лицом, широко расставив ноги.
— Ты поняла меня, А-л-л-л-а?
— Перебор, подруга! Я этого так не оставлю! Ты пожалеешь. Игры кончились.
— Игры только начинаются...
Она присела на корточки и с хрустом разорвала на груди футболку.
— Ты что творишь, дура? – кажется, мои крики вообще никак на неё не действовали, вызывая только у Ромы сумбурные постанывания.
— Хорошие сиськи, - кивнула вуаль, - будет чем заняться.
В голове что-то щёлкнуло и уши наполнились противным писком. А Инесса слегка сместилась назад по моим ногам и стала расстёгивать пуговицы на брюках.
— Послушай, - веки нещадно тяжелели, я уже с трудом могла сформулировать фразу, - хватит... отпусти нас... я обещаю... мы не... мы не будем ничего... никому...
— Заткнись.
Она сдёрнула вниз брюки. Следом за ними трусики. И широко раскидала мне ноги по полу. Сдвинуть их уже не было сил. Тело стало ватным и бесчувственным. В глазах стремительно темнело. Я ещё попыталась приподнять голову, но даже этого не смогла сделать. Писк в ушах нарастал, глаза
Месть Марины