чувство беспомощности. Она опустилась на снег, присев прямо на голую землю, почувствовав, как холод мгновенно пронзил её до костей.
Валентина закрыла лицо руками, и холодные слёзы хлынули из её глаз, капая на ледяной снег. Она чувствовала, как отчаяние поглощает её, и разумом осознавала, что может просто замёрзнуть здесь. Никто её не найдёт до утра, а когда найдут, будет уже поздно.
"Вот так и закончится моя история, " — думала она сквозь слёзы. "Голая, замёрзшая, одинокая... И утром меня обнаружат, холодной, замерзшей, лежащий на дороге."
Она с силой разгребла снег руками, почувствовав, как замороженная крошка разлетелась в стороны. Валентина не могла поверить, что её жизнь могла закончиться вот так — настолько глупо и унизительно. Но внутри неё всё ещё теплилась какая-то неистовая злоба на судьбу, на мир, на саму себя. Эта злость поднималась, как волна, захватывая её.
— Нет! — зло прошептала она себе. — Не дождётесь! Я дойду. Хоть на четвереньках, но дойду.
Она сжала кулаки, поднялась с места, несмотря на дрожь, сжавшую её тело от холода. Внутри неё поднялось нечто, что было сильнее страха и отчаяния — её упорство, её жажда выжить. Валентина сделала шаг, затем ещё один. Каждое движение давалось ей с трудом, ноги уже не слушались, но она продолжала идти, упрямо стиснув зубы. Каждый шаг приближал её к дому, к спасению.
Валентина, едва держась на ногах, остановилась перед воротами своего загородного особняка. Туман в голове мешал сосредоточиться, пальцы дрожали и не слушались её. Её разум был как затуманенный пеленой — голова казалась пустой, мысли путались. Она несколько раз набирала неправильный код на панели ворот, злясь на себя и на своё замерзающее тело, которое уже казалось ей чужим.
Наконец, после нескольких попыток, ей удалось ввести правильную комбинацию. Ворота медленно разъехались в стороны, и она, пошатываясь, прошла во двор. Её ноги больше не чувствовали боли, она уже почти не ощущала холода, но понимала, что это — плохой знак. Открыв входную дверь, Валентина почти бессознательно прислонилась к дверному косяку, её взгляд был пустым, а движения — механическими. В доме был свет, в тепле таилась спасительная жизнь, но она словно уже не понимала, зачем ей туда идти.
"Мне нужно зайти внутрь... там будет тепло..." — пробормотала она себе, но тело сопротивлялось. Её сознание играло с ней, уводя её в сторону от реальности.
— А зачем? — шёпотом произнесла Валентина, её голос дрожал, но уже не от холода, а от странного, неосознанного чувства тепла. — Мне и здесь тепло... даже жарко...
Мысли текли хаотично, как река, теряющая свои берега. Казалось, что весь мир вдруг перестал быть таким суровым. Её тело, податливое и расслабленное, не чувствовало опасности, только смутную усталость.
— Может, я на солнце перегрелась... — тихо пробормотала она, едва удерживаясь на ногах. Её разум постепенно угасал, мысли путались всё сильнее, а тело ослабевало.
Валентина знала, что ей нужно идти внутрь, что за этими дверями её ждёт тепло, безопасность. Но её сознание словно подводило её, начиная отключаться от реальности, заставляя думать, что всё уже в порядке.
Между небом и землёй