Вот так, давай, б…ь!- Холоднокровнее, Сёма! Ты не на работе! – баритон со знанием дела процитировал Бабеля – И вообще, привыкай к разнообразию, поменяйтесь ко!Минутный перерыв на пересменку, и в рот следователя прокуратуры устремился член, обильно смазанный выделениями вышеупомянутого следователя, а в её девочку устремился тот, который она увлажнила свой слюной и остатками феденькиной спермы. Всё смешалось в голове. Она уже забыла кто она, как, почему и где находится. Осталась только эта безумная скачка на двух болтах разгоряченных мужиков. Исподволь откуда-то снизу начала наползать совершенно неуместная в сложившейся ситуации истома. И совершенно неожиданно для себя униженная, избитая и изнасилованная Татьяна бурно кончила. Через несколько секунд тоже произошло и с её партнёрами. Правда, их поведение контролировал неумолимый баритон. Именно он, увидев спазмы Татьяны и услышав её сладострастный стон, спокойно отметил:- Джентльмены, не увлекаемся, кончаем на даму! Васенька, надеюсь, ты не мечтаешь размножиться с помощью нашей очаровательной гостьи?В соответствии с полученным заданием джентльмены честно кончили на свою партнёршу. Та обессилено рухнула набок.- Ну вот, первый урок окончен. Воды даме! – её опять напоили, на этот раз – досыта – всё той же ледяной минералкой. Вновь вспыхнула плазма, и Татьяна смогла оценить уже свои подвиги с двумя партнёрами. М-да, выглядела она своеобразно. Такое иногда встречалось в следственных материалах, особенно в последнее время, когда он начала расследовать дело о пропаже нескольких студенток педуниверситета. Но, пожалуй, кадры с ней превосходили всё ранее виденное. Как страстно она подмахивала…. А как чмокали ее губки на стволах кавалеров…- Босс, она очухалась! – неожиданно раздался новый голос, - что с ней делать?- Сюда, конечно! Татьяне Андреевне нужна компания!Какая-то возня позади, приглушенный стон, тот же голос уж не спрашивает, а понукает:- Давай сюда, слепошарая!К ней в круг света вталкивают ещё одну обнаженную женщину. На запястьях - наручники, на голове – плотный бумажный пакет.- На колени! – команду сопровождает недвусмысленное нажатие на плечи и толчок под коленки, женщина оказывается рядом с Татьяной. К наручникам тут же карабином крепится цепь, еще две крепятся на лодыжках. Только после этого с головы несчастной сдергивают пакет и она морщится от света и пытается осмотреться сквозь сощуренные веки и спутавшиеся каштановые волосы. На лице испуг, смятение, непонимание. Но лицо очень правильное, красивое. Да и фигуркой соседку Татьяны Бог не обидел. Она молода, не более двадцати пяти, ростом, как и Татьяна, порядка метра шестидесяти, покатые плечи, высокая крепкая грудь («Троечка, как у меня» - подумала Татьяна), редкая в наши дни выраженная талия, красивые бедра и аппетитный округлый задик, ножки стройные подъёмистые.- Ну вот, теперь все в сборе! – комментирует хозяйский баритон. – Ольга Ивановна очнулись!Женщина, мучительно щурясь, машинально пытается облизнуть губы- Воды… Боже, она чувствует то же, что и я – проносится в голове у Татьяны, - а эти… Они же сейчас будут её точно также…- И какие же вы все одинаковые - резюмирует издевательский баритон – обе, как по сценарию, ни здрасте, ни пожалуйста – сразу воды! Вот Татьяна Андреевна, наверное, уже догадалась, что сейчас будет, правда, Татьяна Андреевна? - Дааа… - выдавила из себя Татьяна- И правильно догадались. Ольга Ивановна теперь тоже будет отрабатывать все, что она выпьет, съест, ну и так далее. Как и Вы. Потому что она, хоть и не следователь, тоже любит интересоваться тем, чем лучше не интересоваться вовсе. Есть такая вторая древнейшая профессия – журналистка называется!- Пить, пить, умоляю, пить! – оживает умолкнувшая, было, соседка. - Вот, тон уже верный,
Взрослая жизнь моего сына. Глава семнадцатая.