должно было хватить. От ящика по стенам тянулась пластиковая трубка. Потом она ныряла под пол и выныривала, судя по всему, в стеклянном сосуде, стоящем на конце тротуарчика справа. Над колбой была прикреплена табличка: «Чтобы включить насос — наполни сосуд».
— И как его наполнить? Он же закрыт!, — сообщила очевидное Оля.
Действительно, верхний край сосуда был прикрыт толстой стальной плитой, уходящей в стену.
— Там щель, — ответил Рома, — Нужно что-то еще сделать, и доска должна уехать в стену.
— Ладно, это мы как-нибудь решим, — сказал Илья, — вопрос в другом: ЧЕМ его наполнить, когда откроем?
— Можно наплевать, — робко предложил Костя.
— О! У всех мужиков стояк мозг отключает, а у нашего Костика — включает!, — со смехом прокомментировала Мила, заставив парня смутиться в очередной раз.
— Замучаешься плевать, — вполне серьезно ответил Рома, — видите метку на колбе. Не меньше 2-х литров.
— Можно пописать, — смущенно высказалась Света.
— А вот это дело! Все равно других вариантов нет. Теперь надо решить, как его открыть.
— Да это логично все, — задумчиво сказал Илья, — Вспомните предыдущие испытания. Все они так или иначе связаны с преодолением стыда, так ведь? Значит и остальные должны быть в том же духе. Писать при всех стыдно. В комнате зеркала — от глаз не спрятаться. Если только в чулане. Значит, если чулан будет закрыт — колба должна открыться. Давайте все от него подальше отойдем...
Народ сгрудился в левой части тротуара, и дверь в чулан действительно сразу закрылась, а плита над колбой уехала в стену.
— Бинго! Теперь мальчики налево, девочки направо...
Все довольно напряженно засмеялись.
— И всем закрыть глаза. Кто первый хочет?... Желающих нет? Ну, тогда я первый. Давно хотел отлить.
Девочки не только закрыли глаза, но и прикрыли их ладошками. Тем не менее, когда в противоположном углу зажурчало, Лида с Олей прыснули от смеха.
— Хватит ржать!, — рявкнул Илья, — посмотрим, как у вас это звучать будет!
Парни выполнили свою не очень неприятную миссию первыми, хотя это было и непросто. Особенно для Кости. Из-за жестокой эрекции ему у него очень долго не получалось облегчиться, что вызвало в его адрес массу смешков и подколок. Тем не менее он все же справился и с замирающим сердцем перешел к остальным в противоположный угол. Дело в том, что ему ужасно хотелось посмотреть, как будут писать девушки. В живую он никогда этого не видел, и ему было страшно любопытно. Особо его интересовала Мила, но ей, как назло не хотелось. Поэтому первой пошла Лида, чей мочевой пузырь уже давно подавал тревожные сигналы.
Костя отвернулся в угол и чуть приоткрыл веки. Кроме того, чтобы не вызвать подозрений, он еще и прикрыл глаза ладонью, оставив себе, впрочем, маленькую щелочку. В отражении зеркала ему было отлично видно, как Лида подошла к колбе и присела над ней. Потом быстрым движением спустила свои красные трусики до середины бедер и сразу прикрыла передок ладошкой. На ее лице отразилось большое облегчение, когда из-под нее в колбу ударила тугая светло-желтая струйка. Костя очень надеялся, что когда девушка будет вставать, ему удастся увидеть ее киску. В предвкушении он даже затаил дыхание, но в этот момент на его затылок опустилась мощная затрещина.
— Эй, Любимов, ты не охуел подглядывать!!! , — раздался над ухом гневный крик Милены, — Я тебе шары-то щас выцарапаю!
Костя испуганно зажмурился и сомкнул пальцы. Кожей он ощутил, что все взгляды обратились на него. Так оно и было. Илья тоже гневно посмотрел на своего молодого коллегу, но его взор
В кинотеатре