уж большой, хотя, вероятно, немного больше в диаметре, чем, по данным опросов, в среднем бывает у взрослого американца. Однако мне просто показалось, что этот комментарий был наиболее подходящим для этого дегенеративного разговора.)
Хотите верьте, хотите нет, но с этого момента наш диалог пошел под откос, пока Аманда не прервала его и не потащила меня прочь с неодобрительным взглядом.
Так начались мои "любовные" отношения с Джиной Стэнтон.
Мы встречались еще как минимум три раза на общественных мероприятиях. Наши колкости стали еще более острыми. Я действительно презирал эту стерву. Однако я презирал и себя по двум причинам. Во-первых, мне ни в коем случае не следовало вступать в такого рода "злобные перепалки" с женщиной. Я должен был быть джентльменом или, по крайней мере, должен был уметь остановиться. Во-вторых – и это было хуже всего - чем больше я презирал Джину, тем больше мне хотелось выебать ее.
******************************
Отношения Аманды со мной и детьми продолжали ухудшаться во время ее тренировок по триатлону. Я узнал, что большую часть дня в течение недели она "складировала" детей в детском саду, а по выходным полагалась на меня, чтобы я заботился о них, и все это во имя тренировок. Она редко готовила обеды или убиралась в доме, поэтому я в конце концов нанял повара и домработницу на неполный рабочий день. Единственное, что оставалось нормальным, - это секс. Ни частота, ни качество (оно оставалось от хорошего до очень хорошего) существенно не изменились, хотя в тот первый вечер, когда мы обсуждали тренировку по триатлону, я в последний раз занимался своим любимым видом грубого траха.
В то время как секс не ухудшился, Аманда вела себя более странно до и во время секса. Было похоже, что она намеренно напрягала мышцы своей задницы, ягодиц и бедер. На самом деле я не возражал, просто мне это показалось странным. Кроме того, она, казалось, следила за своим мобильным телефоном и компьютером более тщательно, чем в прошлом, и всегда стирала свою одежду сразу после возвращения домой с тренировки.
Я начал волноваться. Я так волновался, что даже пошел навестить своего старого приятеля по колледжу, Тома Уотсона. Том стал адвокатом по семейному праву. Хотя я и не собирался разводиться, я был обеспокоен ее поведением и хотел, чтобы все было в порядке на случай, если что-то быстро выйдет из-под контроля.
Том посоветовал мне установить скрытые камеры, записывающие все в доме – с отметками даты и времени – и вести свои собственные записи о ее действиях. Он также посоветовал мне получить полную документацию в детском саду и перевести более половины денег в сберегательные кассы и через брокеров на секретный счет. Я сделал, как он рекомендовал.
Отношения Аманды с Бриттани, Заком и мной достигли пика примерно через три месяца после того, как я увидел Тома Уотсона, когда она отправилась со своими друзьями на четырехдневную тренировку заниматься триатлоном. Она бесцеремонно оставила нас, несмотря на то, что у меня была важная деловая встреча, пока ее не было. У Бриттани были дела в первом классе, включая классную игру, а у Зака был запланирован визит к педиатру.
Я начал по-настоящему подозревать ее, особенно из-за ее оборонительной позиции, когда она вернулась. Я решил, что пришло время что-то предпринять.
Через три дня после возвращения, Аманда – в один из таких дней, прежде чем вернуться в форму, она вела себя как настоящая мать и жена, – собиралась пойти к Стэнтонам на тренировку, которая продолжалась практически весь день. У них был тренажерный зал в небольшом павильоне на территории их дома, рядом с
Балконный секс