Однажды, когда я садилась в свою машину, я заметила под ней жидкость. На самом деле, довольно много жидкости. Я позвонила в компанию техобслуживания, чтобы ее отбуксировали в гараж, где мне сообщили, что, похоже, ослабли соединения для подачи гидравлической жидкости в тормоза.
— Это необычно? – спросила я опытного механика.
— Очень необычно. На самом деле, обычно это можно сделать только намеренно, - ответил он.
— Что бы произошло, если бы я вела машину? – продолжила я, вероятно, побледнев в этот момент.
— Если бы вы попытались быстро затормозить на скорости более 100 километров в час, вы бы не смогли этого сделать и разбились, - мрачно ответил он.
Месяц спустя я проснулась посреди ночи от того, что к дому с ревущей сиреной подъехала пожарная машина. Когда я пошла в ванную, у меня закружилась голова. Я проверил детектор угарного газа, и он не выявил никаких проблем, но из-за того, что я чувствовала себя так странно, я открыла окно и высунула голову наружу. Через несколько минут я почувствовала себя хорошо, а затем пошла и провела ночь в отеле. На следующий день я попросила пожарных проверить мою спальню.
— Есть признаки повышенного содержания угарного газа в вашей спальне, но не в остальной части дома, - сказал мне пожарный.
— Это возможно? - скептически спросила я.
— Я никогда раньше этого не видел, но это возможно, если в вашей спальне был источник угарного газа. Однако я его не обнаружил, - ответил он.
— Почему не сработала сигнализация об угарном газе?
— Судя по моему осмотру, в нем болтается проволока, а также что-то необычное.
Шесть недель спустя у меня разболелась голова, что всегда случалось в начале моего вполне предсказуемого менструального цикла. Я решила принять ибупрофен, мое любимое болеутоляющее средство. Таблетки во флаконе в аптечке выглядели немного странно и были немного липкими на ощупь. Если бы не случаи с тормозной жидкостью и угарным газом, я, вероятно, приняла бы их. Вместо этого я положила таблетки в пластиковый пакет, вымыла руки и приняла аспирин. На следующий день я отнесла таблетки в лабораторию.
Пока таблетки были в лаборатории для тестирования, на следующей неделе я встретилась с потенциальным спонсором из Филадельфии для моей благотворительной организации по борьбе с аутизмом. Я не уверена, как это произошло, но я узнала, что он был руководителем компании в Филадельфии, которую Джексон посетил на прошлой неделе. Я невинно спросила: - Вы когда-нибудь встречались с Джексоном Брауном?
— Да, - сказал он, - я познакомился с ним и его женой буквально на прошлой неделе.
— Черт возьми, только не это, - промелькнуло у меня в голове. Очевидно, что я не была с Джексоном в Филадельфии. Стараясь сохранять как можно больше самообладания, я выпытала у него информацию.
— Я никогда не встречалась с его женой. Как ее зовут?
— Мэри Браун. Очень привлекательная женщина, - ответил он.
— Действительно? Что еще вы можете мне о ней рассказать? Мне любопытно.
— Ну, она высокая. На каблуках она была выше меня, а мой рост почти ровно 180 сантиметров. У нее были светлые волосы до плеч, и она любила поговорить о футболе. Она сказала, что когда-то была профессиональной болельщицей.
Я сразу поняла, о ком он говорит, - о Мэри Энн Делойт. Мы были знакомы с ней по теннисному клубу, членом которого мы были. Она была одинока, возможно, разведена, вероятно, на три или четыре года старше меня и имела плохую репутацию. Казалось, никто не знал, чем она зарабатывает на жизнь. Мы с Джексоном общались с ней несколько раз, и хотя Джексон,
Наташкины заметки. Встреча третья.