о том, каково это - сносить яйца? Наверно так же, как рождать обычного ребёнка. "Надо будет попробовать засунуть в себя какое-нибудь крупное яйцо, или камень, чтобы прочувствовать эти ощущения".
Седобородые за завтраком тоже почтительно молчали - боялись потревожить девушку в её глубоких думах о спасении мира. Хорошо, что они не умели читать мысли.
— Арнгейр, что ты имеешь против Клинков? - Неожиданно для всех прервала молчаливую паузу Сакура.
— Ну... Предшественники Клинков яро ненавидели драконов. Да и теперь Клинки всё ещё верны этой ненависти, хотя уже забыли её корни. Когда они впервые прибыли в Тамриэль, то безжалостно истребляли драконов. И ныне они сделают это снова - с твоей помощью.
— Вы считаете честью разговор с Партурнаксом, а сами не поднимались к нему больше ста лет.
Арнгейр и остальные Седобородые стыдливо опустили головы. Ведь они и вправду создали мистический культ, предпочитая следовать канонам и преданиям, вместо живого общения с самим драконом.
После завтрака Сакура, распрощавшись со старцами, отправилась в обратную дорогу. Вниз шагалось легко и бодро, знамо дело - спускаться всегда легче, чем подниматься.
Впереди, на одной их каменных площадок, дымился костёр охотников. Мужчины, застрелившие из лука несколько горных козлов и ибексов, устроили привал. Перед тем, как спуститься с добычей в Айварстед, полагалось немного отдохнуть. Девушка, еще на подходе, услышала громкие обрывки их разговоров:
—.. . потом эта шлюха-путешественница встала на колени, и волк отымел её...
Сакура сразу поняла, что речь идёт о ней. Всё-таки кто-то видел, как она недавно развлекалась с волком. Между ног у неё сразу стало влажно. Спрятавшись за выступ скалы она прислушалась к дальнейшему разговору.
— Говорят, что её однажды изнасиловали волки, целой стаей. После этого она стала ненормальной.
— Да нет! Бают, что сама богиня Дибелла ей поручила никому не отказывать. Да и ничего плохого она никому не делает. Что плохого, если она просто получает удовольствие и даёт его другим?
— А ты переспал бы с ней?
— Знамо дело! Она хоть и молодая, да фигурка что надо - подтянутая и мускулистая.
— По мне так она совсем ещё ребёнок. Ни сисек нормальных, ни жопы.
— Ну ты с Тембой Жирокая Рука её не сравнивай. Темба даже медведя выдерживает.
— А ты это видел?
— Видел, и не раз. Многие видели, как Темба под медведя раком вставала...
Видно было, что охотники возбудились от своих собственных разговоров. Штаны их топорщились, а глаза поблескивали. Не приведи боги, в такой момент, какой-нибудь одинокой женщине проходить мимо - изнасиловали бы точно, пользуясь глушью и безлюдностью этой местности.
Сакура зачехлила и спрятала за походным рюкзаком катану и, повиливая задницей, пошла в сторону костра. Всё равно дорога вела через эту площадку и миновать охотников никак не удалось бы.
— Мужики, гля - девка одна идёт, без сопровождения!
Четверо молодых охотников ловко вскочили на ноги и окружили путницу.
— Заблудилась, красавица? Здесь опасно бродить в одиночку. Зверьё тут всякое... люди злые могут быть.
— А чего мне бояться? Дорогу я знаю, секс люблю..
— А не ты ли давеча тут под волком стонала?
— Может и я. Вам то что до этого?
— Нут так... разве мы не лучше волка?
— Может и лучше. Как я могу сравнить не попробовав?
— Ну так давай попробуем?
— Ну ежели вежливо попросите... Отчего же отказывать добрым людям?
— Ну так раздевайся тогда!
Сакура аккуратно, а охотники торопливо, начали снимать с себя одежду.
— Нас много, а ты одна. Это ведь долго будет. А нам уже невтерпёж. Да и выдюжишь ли ты четверых?
— Может я и одна, да дырочек у меня три. А выдерживала я ещё и не
Die Regeln ndern sich heut Nacht или правила меняются сегодня ночью