было сказано и теперь требовало исполнения. За которое дренейки взялись со свойственной им страстью и тщательностью.
Собравшись с силами, волшебница подхватила подругу на руки и, удерживая на весу, направила свой твердеющий на глазах член под хвост последней. Не мешкая, та ухватила её за плечи и обвилась ногами вокруг тонкой талии, приглашая продолжить.
Их глаза встретились, томные до предела. Изора открыла было рот, чтобы спросить у подруги разрешения начинать, но та запечатала её уста поцелуем раньше, чем магичка успела исторгнуть один-единственный звук.
Большего не требовалось. Миг – анальное кольцо охотницы бьёт по её яйцам и паху, растянутое основанием члена до ширины её кулака. Следующий миг – внутри заднего прохода остаётся самый конец, широким мясным кольцом залупы подцепляя колечко сфинктера и чуть не выворачивая тот наружу.
Ритм был взят – на зависть зайцам да кроликам. Волшебница будто вознамерилась доказать всем присутствующим, что она не только колдовать да болтать горазда. И отнюдь не маленькое, а очень даже крупное и крепко-жилистое тело охотницы скакало в её объятиях вверх-вниз как на пружинке.
А где были задействованы тела, к делу подключились и губы. Дренейки принялись целоваться в дикой, несдержанной ничем страсти. Поцелуи то и дело перерастали в покусывания – и далеко не всегда нежные, от чего лица дренеек украсились синяками и кровоподтёками. Страсти поддались даже щупальца по краям их лиц – они боролись друг с дружкой, агрессивно ласкали лицо, дразнили оставленные зубами раны, залезали в рот, ноздри, касались даже глаз.
Обе дренейки старались доставить одна другой и боль, и удовольствие в равных долях. Хвост Изоры принялся терзать и без того разбухшие и потемневшие яйца подруги – то сожмёт, то оттянет, то ударит, то ужалит острым кончиком; после и вовсе заполз в задницу серокожей, задвигавшись с членом вразнобой. Хвост Стимулы от коллеги по анатомии не отставал – он сначала кнутом выхлёстывал уже изорины шары, а затем со всего маху пронзил зад волшебницы и принялся не трахать – насиловать тугое мясистое колечко.
Пятая конечность охотницы двигалась с невероятной прытью и яростью. От глубоких проникновений живот магички пучился с такой частотой, что казалось – кто-то бьётся там, стараясь вырваться наружу. Хвост внутри изориных потрохов извивался и скручивался, хаотично меняя темп и направление рывков, от чего бугорки на плоском небесного цвета животике появлялись тут и там. По всей длине толстого кишечника – погружаться глубже не хватало длины.
Но больше всего внимания хвосты подруг уделяли их простатам. Тем маленьким чувствительным бугоркам между задницей и основанием члена, что так любили отзываться на ласку, посылая по члену сладкую волну. И под таким яростным напором эти бугорки практически пели от предвкушения и восторга перед скорым и неизбежным исходом.
И он пришёл – пришёл во всём белоснежном, преисполненном сладкими стонами великолепии! Издав нежнейший, какой-то птичий стон, Изора вошла до упора и хвостом, и членом, подёргивая бёдрами в нетерпеливом стремлении как можно быстрее надуть подругу до упора и дальше. С небольшим опозданием, кончила и Стимула, введя хвост до предела – тугая струя её семени ударила в их сплетённые поцелуем лица, покрасив подруг белым.
Обоюдные оргазмы дренеек и не думал утихать. Всё больше семени покрывало их тела, стекая струйками на пол, и всё больше закачивалось внутрь серокожей, живот которой стал надуваться. Избыток семени струйками бил из промежутка меж краями хвоста и члена магички, пока белый поток прокладывал дорогу наверх. Вскоре потроха охотницы оказались переполнены, и семя выплеснулась из её рта – прямо в жадно целующий её рот самой Изоры.
Продолжая бороться с языком подруги, та принялась сглатывать плоды
Зоофилка