— думал он, лениво разглядывая кривляющихся лицедеев за чашкой вина.
Если бы только это невезение было последним! Вновь засомневаться в расположении госпожи удачи ему пришлось сразу же по возвращении на сушу.
Началось всё с цен на билеты до Даларана. Местные возницы из полудюжины контор заламывали просто сумасшедшие и подозрительно одинаковые цены. Чутьём купеческого сына Калеб мигом почуял картельный сговор, в то же время прекрасно понимая, что поделать он с этим не сможет ровным счётом ничего. Конторы местные были крепкие, денежные, и каждая имела маленькую армию мордоворотов — таким жаловаться бесполезно, а скандалить с ними опасно.
В итоге он всё же ухитрился найти выход из положения. В переулке менее презентабельной части города нашлась конторка с подозрительно приветливым названием: «Лёгкая дорога», бравшая за свои услуги втрое меньше. И хоть взятый всего за три золотых экипаж до Даларана был весьма неказист — на таких обычно мотались по Азероту небогатые коммивояжёры — а кремезный кучер походил скорее на остепенившегося разбойника, Калеб радовался экономии. Заранее раздобыв альманах с кирин-торскими достопримечательностями, он уже предвкушал, на что именно уйдут сэкономленные деньги.
Полдня пути спустя предвкушение сменилось унынием. Его экипаж наткнулся на затор из сотен таких же, уходящих куда-то за поворот дороги. Как вскоре выяснилось, мост за версту был на ремонте, и за него отдувалась паромная переправа. Паромы были старыми да небольшими, экипажи пропускали в час по чайной ложке, а те, что были потяжелее, приходилось переправлять отдельно от грузов. Один из паромов и вовсе притоп, что превратило чайную ложку в напёрсток, а час в полдня. Обещали прислать новые, но те, как выяснилось, слишком долго простояли у причала в городке неподалёку и пребывали в состоянии весьма относительной плавучести. Как прикидывали стоявшие по соседству купцы, затор такими темпами рассосётся не раньше, чем через день — и это если им всем сильно повезёт и кирин-торские пришлют помощь, не желая оставлять свой город без портовых товаров.
Калеб ругался что есть мочи. Если это было улыбкой удачи, то ей к дантисту пора! День, может два или даже три из поездки вырвать — на пустом-то месте!
К его великой радости, кучер-громила предложил, вдруг, отправиться кружным путём — за доплату, вестимо. Так сильно его не прельщала перспектива застрять, что парень, поскрипев зубами да малость поругавшись с мужиком, всё же согласился выложить ещё несколько монет. Хоть и стращал его возница: края там, говорил мужик, недобрые, забытые богами — но не демонами. Развалины Альтерака рядом, мол, лезет оттуда всякое, потому путники пропадают, да народ там от такой жизни стал лихой да суровый — не забалуешь лишний раз.
Маг на это лишь рукой махнул. Ну да, конечно, нечисть с демонами за каждым кустом — старые байки деревенских баб! Вечно навыдумывает деревенщина бабаек, а потом трясётся от каждого шороха! Носителя волшебного дара чертовщиной напугать вздумали — тьфу!
Усомниться в своём мнении — и, снова, в расположении госпожи удачи — ему довелось совсем скоро. Мужик не соврал — край по сторонам всё более неровной дороги и правда становился мрачнее. Уходивший на север путь узмеился в холмы, и возделанные поля постепенно редели, уступая место всё более косматым и древним, едва ли тронутым людьми лесам.
В таких местах, казалось, нельзя было не встретить уроженцев Калимдора — дриаду, древня ли, ночного эльфа, какие во множестве разбрелись по лесам Азерота после окончания войн. Но мрак меж необъятных стволов глядел недоброй чернотой, и трясущийся в карете волшебник нет-нет да ловил себя на том, что мурашки облюбовали его спину, как блохи спину пса. Да, в
Райские наслаждения