было весело работать, но после пандемии все остальные остались работать из дома. "Почему ты этого не сделала?" — И проводить ещё восемь часов в день с мамой? Нет, спасибо. "О". Майя увидела боль в глазах Вайолет и больше ничего не спрашивала. Наконец, все обрывки информации сложились в единое целое, и Вайолет снова почувствовала укол вины. «Ты не можешь позволить, чтобы перспектива работать со мной и со всеми этими сплетниками так сильно тебя беспокоила, что это сказалось на твоём здоровье... Ты так переживала из-за того, что мы будем говорить о твоих ногах, что носила только брюки?» Майя кивнула и положила руки на колёса, покачиваясь в кресле вперёд-назад. «Да... Я надеялась, что в первые дни у меня появятся друзья, если отдел кадров проинформирует людей. Тогда я буду чувствовать себя достаточно уверенно, чтобы снова носить юбки и платья на людях...» Она немного поразмыслила, прежде чем поднять взгляд. — Это странно, Вайолет. Я рада, что это ты принесла бланки, но я не могу понять, как ты, замкнутая на работе, можешь задавать мне такие прямые вопросы. На её лице промелькнуло смущение, и она поспешно развернулась в сторону кухни. Вайолет последовала за ней. — Прости. Я не выхожу из дома, поэтому мне трудно общаться. Ты права, я идиотка. Мама всегда говорит мне, что нужно думать, прежде чем говорить, но я не могу удержаться от слов. Честное слово, в будущем я буду стараться. Майя подождала, пока она догонит ее, и развернулась, чтобы противостоять ей. — Но ты на работе тихая, как мышь. Я думала, что я тебе не нравлюсь или что-то имеешь против моего цвета кожи, или против инвалидов, или ещё чего похуже. — Нет. Ты же слышала, что происходит, когда я болтаю, так что я следую маминому совету и держу рот на замке. Честно говоря, никто ничего о тебе не знает. Но ты не должна обращать на это внимание. Ты с нами всего две недели. Они хорошие ребята, честно. Я не думаю, что их отпугнёт твоя внешность. "Эх, и как это работает?" — спросила Майя, бросая чайные пакетики в кружки, которые достала из низкого шкафчика. — О, да ладно... Стив из отдела продаж обычно не стесняется хвастаться на кухне в присутствии женщин, но с тобой он ведёт себя как заикающийся, косноязычный идиот. Марджори чертовски ревнует, потому что на первом этаже о тебе только и говорят. "Что?" — спросила Майя, направляясь к холодильнику и взглянув на Вайолет, которой пришлось отступить, чтобы её не сбили с ног. — Я же говорила тебе. Ты потрясающая блондинка с длинными волосами, чудесной стройной фигурой, спортивными ногами и тем, как ты ходишь в этих узких джинсах. Вайолет хотела добавить, какие у неё очаровательные зелёные глаза и как привлекательно она выглядит в своих шёлковых белых блузках, под которыми виднеется кружевной бюстгальтер, но в кои-то веки оставила свои мысли при себе. «Но они не плотно прилегают к коленям, так как нет настоящего наколенника». — Не думаю, что они смотрят на твои колени. Вайолет похлопала себя по заднице в подтверждение. Майя закатила глаза, пробормотала что-то невнятное и уткнулась головой в объёмный холодильник. — Чёрт, молоко закончилось. Она вернулась с раскрасневшимся лицом, держа коробку между бёдрами, закрыла дверь и поспешила обратно к столу. «Должно быть, я забыла добавить его в последнюю доставку». — О, конечно, без ног ты не сможешь водить машину. Майя бросила на нее сдающийся взгляд. — Ты просто ничего не можешь с этим поделать, да? Она покачала головой, но потом простила ее. «Нет, моя машина специально адаптирована. Это автомат, в котором и акселератор, и тормоза управляются рычагами на рулевом колесе или педалями». — О, ах... Простите, я
Свадьба моего брата