могла поверить своим ушам. "Ты не одобряешь?" — Нет, совсем наоборот. Я годами уговаривал её сделать что-то подобное. «Её сеансы терапии прошли очень успешно. Похоже, что и её, и ваши несчастные случаи мотивировали её». «Ого, это отличная новость. За последние несколько дней мы заметили разницу. Она стала гораздо более позитивной. Когда она сможет переехать?» "Мы надеемся, что в понедельник". — О, это просто фантастика, спасибо. Майя оттащила Вайолет от менеджера, чтобы та могла продолжить свой день, и они направились в общую комнату, ожидая, что там будет громко играть телевизор, но обнаружили шестерых пациентов, включая Лин, играющих в карты. "Привет, мам, ты в порядке?" — Да, да, дорогая. Простите, все, у меня ужасно болит рука, так что я ненадолго отлучусь. О, Вайолет, какие прекрасные цветы. Вайолет предложила их своей матери. — Тим принёс их с работы, и я подумала, что тебе захочется что-нибудь яркое, чтобы украсить тумбочку. — О, спасибо, это было бы чудесно. Пойдём. Они последовали за Лин к её кровати, где нашли воду и поставили её в пластиковую вазочку на прикроватной тумбочке. В течение следующих получаса они разговаривали с совершенно другим человеком, не тем, кем была её мать несколько дней назад. Она спросила о результатах последних обследований спины Вайолет. Ей объяснили, что, к счастью, это было лишь повреждение мышц и сухожилий с небольшими рубцами от предыдущих растяжений. Они процитировали мнение консультанта о том, что ей повезло, возможно, из-за гибкости, которую она приобрела благодаря танцам, и что её спина выдержала годы тяжёлой физической работы. На следующей неделе она продолжала ходить на физиотерапию каждый день, а затем два раза в неделю, пока они не остались довольны её прогрессом. Её мать согласилась, чтобы Вайолет на следующий день связалась с сантехником, которого им порекомендовал сосед, и попросила его сделать расчёт. Перед отъездом они записали, что она хотела бы забрать из дома перед переездом. Она с воодушевлением рассказывала о том, что уже сделала, а также о возможностях, которые даёт программа, к которой она присоединяется, и о переезде в дом престарелых. Они все вернулись в гостиную, где разделились, чтобы она могла вернуться к карточной игре. Снова оказавшись в лифте, они взволнованно болтали о переменах в матери Вайолет, возвращаясь в её палату. Когда они приехали, их уже ждал заведующий отделением, размахивая выпиской и рецептом на ещё несколько обезболивающих и гель для расслабления мышц. Заведующий повторил инструкции по уходу за ней и подтвердил, что в понедельник она снова придёт на физиотерапию, но уже амбулаторно. Они собрали все вещи Вайолет и поблагодарили весь персонал. Филиппа выкатила Вайолет к выходу на коляске, освободив руки Майи, чтобы та могла нести вещи, а Филиппа могла управлять коляской подопечной. Майя обняла Филлипу, прежде чем уйти за своей машиной. Ей не потребовалось много времени, чтобы заплатить за парковку и вернуться, чтобы загрузить оставшееся снаряжение Вайолет. Вайолет осторожно встала, чтобы поблагодарить и обнять Филлипу. «Удачи, берегите себя, и я надеюсь, что мы ещё встретимся, но не в больнице», — сказала Филиппа, когда они помахали друг другу, и Майя уехала. Когда они начали, их первоначальное воодушевление угасло, и они согласились, что Вайолет закажет карри на вынос. Припарковавшись, Майя собрала все вещи, чтобы Вайолет не пришлось нести их самой, хотя ей и не нравилось, что Майя носит её вещи. — Вообще-то, я должен выкатить для вас инвалидное кресло, как и собирался. — Нет, технически, — рассмеялась Вайолет, — ты должен перенести меня через порог! "О, я должен, я должен?" У двери Майя прошептала: «Ты понимаешь, что я на самом деле не сверхчеловек». — Но я и не толстая. На самом деле, я похудела в больнице...
Последний полет