возбуждения в этих движениях не было… Было странное ощущение, что именно Вика действует моими руками… или, кто-то ещё? Амуры, не показывались… Может ли это быть воздействием Архонта?
Мои руки разошлись в сторону, и с силой хлопнули женщину по животу. Зачем? Я едва успел заметить, что она сама сделала тоже самое…
— Ой! Извините! – взвизгнула Вика, выскочив из дома в одном белье.
Что случилось? А-а-а… Я поморщился. Судя по запаху, случилось… впрочем, неважно… То есть, чертовски важно! Не успеваю я разобраться с мифологией, детьми от нечеловеческих существ, обилием женщин и прочей важной хренью, как обнаруживаю в себе новые свойства, причём… покруче, чем суперсперма! Блять, что мне со всем этим делать? Су-у-ука-а-а! Я так и с ума сойти могу! Ещё и жрать так хочется!
Усевшись за стол, я вымазывал печенье вареньем и поедал, едва успевая запивать остывшим чаем. Егор продолжал сидеть, уставившись перед собой застывшим взглядом.
— Эй, чувак! Ты живой? – мой чай закончился, и я взялся за Викину чашку. – Хоть и сдох, проблем меньше. Тебе такая чудесная женщина досталась, и как ты её использовал? Лень было мешок травой набить, на нём удары отрабатывать? Тебя даже с животным сравнивать – животных обидеть!
— Кто ты такой? – прохрипел мужик.
— Кто я такой… Вопрос, можно сказать… трансцедентальный! – по мере насыщения, меня охватывала непонятная весёлость. – Ладно, признаюсь. На самом деле, я – мессия! Отец наш небесный послал меня посмотреть, чем вы тут занимаетесь. Он дал вам такую прекрасную планету, такие многофункциональные тела, такие великолепные мозги… И что вы со всем этим делаете? Тьфу! Посмотреть противно! Жену избивать! Тебя для того мама рожала? Вы же Творца своего унижаете, такое вытворяя! Если бы не такие, как твоя жена, я бы уже Армагеддон заказал. Жги, Отец, всё нахрен! Проще по-новому построить, чем исправлять, что вы наворотили!
— Ещё раз извиняюсь! – раздался за спиной голос Вики.
— Ох, бля-а-а! – вырвалось у меня, когда я обернулся. – То есть, я хотел сказать…
— Я поняла, что вы хотели сказать, - женщина застенчиво улыбнулась.
Часто применяется в кино приём, когда страшненькая героиня преображается в красавицу. Мы были не в кино, и красавицей я Вику не смог бы назвать, но… Синяки и кровоподтёки остались, мало того – блузка на бретельках и короткая плиссированная юбка открывали ещё больше кожи и синяков, но… Блестящие глаза, широкая улыбка, пусть и со сжатыми губами, горделивая осанка! И даже по-быстрому уложенные волосы, которые сделали её ещё более растрёпанной – она кардинально изменилась! Я подошёл, протянул ей руку, и усадил на стул, на который она опустилась, почти грациозно.
— Виктория, вы же понимаете, что делаете только первые шаги к вашему великолепию? – томно проворковал я.
— Ну, на огороде и в коровнике, мне великолепие не особо поможет, но ощущаю я себя… - она глубоко вздохнула, прикрыв глаза. – Вы настоящий волшебник!
— Не преувеличивайте! Я просто рассказал вам то, что и вы и так знали… И, помог сделать первый шаг. Если вы снова пожелаете вернуться к прежней жизни, уже ничем не смогу помочь.
— Вернуться? Ну уж, нет! – она снова вздохнула и посмотрела мне в глаза. – Не решилась бы обратиться к вам с такой просьбой, но понимаю, что вы поймёте и… поможете мне…
— Любой каприз! – широко улыбнулся я.
— Помочитесь мне в рот!
— Э-э-э… То есть… Вы хотите… - наверное, моя улыбка сильно изменилась, потому что Вика рассмеялась.
— Для него, - она презрительно кивнула в сторону мужа. – Это, вроде символ доминирования.
Минет и анал