как он был расстроен из-за того, что случилось с Кэтрин. Я бы хотел сравнить наши впечатления. Я сейчас чувствую то же самое, что и он, - сказал я.
— Вот мой номер телефона, - сказала она. - Я позвоню своему отцу и поговорю с ним. Сначала я хочу убедиться, что с ним все в порядке.
— Это разумно, - сказал я.
— О, черт! - внезапно воскликнула она. - Ты чувствуешь то же, что и мой папа. Неудивительно, что ты сейчас ничего не хочешь делать. Я должна была подумать. Тебя просто сейчас не интересуют женщины. Я дам тебе пару недель, прежде чем попробую снова.
Она поцеловала меня в щеку и вышла из машины. Секунду я смотрел, как ее длинные ноги шаркают по тротуару. Она повернулась и поймала меня. Она послала мне воздушный поцелуй и помахала рукой, прежде чем зайти в свое общежитие.
Она была очень расстроенной молодой женщиной.
Дорога обратно в отель заняла гораздо больше времени. Может быть, это из-за того, что я был погружен в свои мысли. А может быть, потому, что я просто не чувствовал, что мне есть к чему возвращаться домой.
********************************
Кэтрин
По меньшей мере в пятидесятый раз я попыталась дозвониться Марку на сотовый. Я не могла поверить, что моя жизнь рушится. За двадцать лет я совершила несколько ошибок. По крайней мере, я была готова признать свои ошибки и попытаться их исправить. Марк вел себя нереалистично. Телефон звонил и звонил и, наконец, переключился на голосовую почту. Я попыталась дозвониться до Лайлы. Ей я тоже звонила несколько раз в течение утра. В первый раз она сказала мне, что только что проснулась и перезвонит позже. Во второй раз она сказала, что занята и перезвонит позже.
На этот раз она сняла трубку. По звуку ее голоса я поняла, что она чему-то рада.
— Привет, мам, - сказала она.
— Лайла, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала, - сказала я. - Мне нужно, чтобы ты позвонила своему отцу и сказала ему...
— Папа только что ушел, - сказала она. - Он пригласил меня на ланч.
Они всегда были близки. Так что вполне логично, что, если Марку было грустно, он шел к ней. Жизнь была забавной. В детстве Лайла была настоящей папиной дочкой. Но, наверное, это была моя вина. Наверное, в первые годы я была никудышной матерью. Как недавно узнал Марк, я изменила ему вскоре после рождения Лайлы.
Это было восемнадцать лет назад, и тогда были другие времена. Сегодня мы знаем гораздо больше о психическом состоянии молодых матерей. Тогда никто не слышал о том, через что мне пришлось пройти. Но сегодня по всему Интернету гуляют истории о женщинах, совершающих глупые поступки или даже причиняющих вред или убивающих своих детей. Я не была такой уж плохой. Я не причиняла Лайле вреда и не пыталась убить ее. Мне просто нужно было побыть одной.
В то же время я любила Марка. Я любила его с первого дня, когда познакомилась с ним в колледже, но я начала сомневаться, стоило ли мне выходить за него замуж. Я всегда была беззаботной одинокой женщиной. А потом у меня внезапно появились муж, дом и ребенок. И они во всем полагались на меня. Многие мои друзья по-прежнему ходили на вечеринки. Я не могла. А Марк все время был таким серьезным. Все, о чем он когда-либо говорил, - это о том, как копить деньги, чтобы Лайла поступила в колледж, или о том, как откладывать деньги на пенсию.
Поэтому вскоре после рождения Лайлы я нашла детский сад,
Жестокие игры (часть VII)