загорая. Лечебным кремом мазать пришлось. А как развернешься, если реакция неопытного парня на голых девушек всем в глаза бросается? И так-то раздетым быть перед девицами непривычно, а с высоко поднятым «флагом» и вовсе. Только в воде и спасался.
— Ну вот, – укоризненно глянула на него Женя, – знаешь каково это в первый раз, а дразнишься.
— Больше не буду. – Сделал самое серьезное лицо парень, но, не удержавшись, снова хихикнул. – Хотя тебе идет этот цвет лица. Жизнерадостный такой. Пунцовый.
— Балбес!
Они все еще стояли друг против друга, держась за руки. И лицо Димы все ближе склонялось к Жениному, пока, наконец, ищущие губы парня не нашли чуть приоткрытые навстречу, еще влажные после купания губы девушки.
— И все-таки целоваться, когда тебя точно никто не видит, гораздо приятнее. – Мелькнула у Женьки мысль и тут же исчезла в закружившемся в голове девчонки вихре сумбурных мыслей, рожденных необычностью ситуации.
Такого она, конечно, не позволяла себе еще никогда. Впервые в жизни Женька явилась глазам парня в полной и беззащитной обнаженности. Открылась его взгляду и нежным поцелуям, одновременно стыдясь и желая этого. Гибкие юные тела парня и девушки еще не соприкасались, но лишь считанные миллиметры отделяли их друг от друга, и Женя уже почти физически ощущала близость стоящего перед ней Димы, не зная чего ей сейчас больше хочется: сохранить эту почти незаметную дистанцию или, наоборот, оказаться в объятиях парня.
Все же, как ни провоцировала ее на необдуманные поступки их с Димой пляжная вольность, Женька искушению не поддалась, не зайдя дальше их, в общем-то, скромных поцелуев. А чтобы ни ее собственное, еще не ясное желание, ни просыпающийся «интерес» парня все же не выросли до не нужных высот, смылась, выскользнув из Димкиных рук, на лежащее перед ней покрывало. А к распластавшейся на животе и отвернувшей моську в сторону девчонке не очень-то с поцелуями и подлезешь. Правда, это не помешало нахальному Димке изредка целовать Женино плечико и спинку. Но с этим Женя даже не пыталась бороться. Вольности тут, считай, никакой, а ей приятно. Во всяком случае, вольности не было до тех пор, пока расшалившийся Дима не чмокнул ее прямо в голую попу. После этого Димке было заявлено, что джентльмены так себя не ведут, а потому извольте, сударь, отодвинуться, тем более что она собирается перевернуться на спину, а на ее груди и животе всяким нахальным губенкам делать и вовсе нечего.
Димка, хихикая, чуть сдвинулся в сторону, тоже улегшись кое-чем кверху. На его несколько приободрившуюся по сравнению с тем, когда парень только вышел из воды, игрушку Женька, понятно, скосила глаза. Ну а что, интересно же. Тем более раз выпал случай не подглядывать, а честно поглядеть друг на друга. Но вообще-то, вид явленной ее взгляду вид мужской «красоты» особого впечатления на Женьку не произвел. То есть ей, само собой, было интересно на Димкину игрушку вживую поглядеть. И даже, пожалуй, волнительно видеть, как она оживает, чувствуя ее, Жени близость. Но какого-то особого трепета или возбуждения от вида обнаженного парня и его запретного места Женька не почувствовала. Ее скорее больше заводила и дразнила не открывшаяся ее глазам откровенная картинка, а просто факт того, что они с Димой сейчас совсем обнаженные. Лежат рядом, купаются, смотрят, не стесняясь, друг на друга и даже целуются.
Это чувство легкого возбуждения от участия в вольной и даже, пожалуй, почти запретной игре осталось с Женькой до самого вечера. Давно спала, видя десятый сон, бабушка. Уже ушел, насидевшись с Женей на подоконнике, Димка, а девчонка все
Страшный чудовище или ноги в крови