Спустя минут пять не до конца придя в себя, я тяжело дыша, э окинул взглядом нашу поляну при последних лучах солнца. Рядом лежала моя родненькая сестренка, тоже дыша тяжело с открытым ртом и счастливой улыбкой. Она прикрывала одной рукой свои глаза, а второй гладила свое тело, медленно поглаживая то лобок, то грудь, тем самым размазывая смазку, сперму и кровь по своему телу. Я выглядел не лучше; всё, включая одеяла, на которых мы лежали, было свидетельством того, что мы сотворили.
День ушел, как и ушла девственность с моей сестры, но я был счастлив. Мне никогда не было так хорошо, и спустя 16 лет я смело заявляю, что это лучший секс в моей жизни.
Мы пролежали ещё полчаса рядом, обнимаясь и нежась друг о друга.
Потом позвонила мать; я сказал, что мы сломались и ждём друзей, чтобы она не волновалась.
— А что ещё у тебя в пакете лежало, кроме одеяла? - с интересом спросила сестра.
— А что тебе хочется? - ответил я вопросом на вопрос, поглаживая её по груди. Мне так нравились её соски, что мне буквально не хотелось их отпускать.
Она привстала и взяла пакет поближе, пытаясь рассмотреть, что там ещё есть.
— Ну что там? - не унималась она, пытаясь на ощупь понять содержимое.
— Презики, самогон, смазка и чипсы, - я перечислил на память содержимое. В лунном свете я увидел её улыбку.
— Скажи, а анал у тебя с кем-нибудь был? - вдруг резко спросила Кристина.
— Нет, - не замечая подвоха, ответил я, привстав и подкуривая сигарету, - видишь ли, у меня достаточно большой член, и с моими размерами никто не соглашается, да и плюс, сама понимаешь, к этому должна быть специальная подготовка. Я вожу её с собой на один случай из миллиона, но чтобы и к нему быть готовым.
— А знаешь, почему я так долго собиралась? - спросила Кристина подмигнув. Она всё-таки выловила её из пакета, и, выдавив смазку, начала проталкивать её в попку, не давая пальчику туда проскочить. Было темно, но луна уже была высоко, и света хватало, чтобы разглядеть это. - Лишаться девственности так сразу везде. Две дырочки ты уже познал, неужели у меня такой суровый брат, что обделит попу такой честью?
— Да как я посмею? - подыграл я ей, а сам, отобрав смазку, положил сестру на живот.
Раздвинув попку и ножки, моему взору открылся прекрасный вид двух самых дорогих для меня дырочек, и я не смог больше терпеть, скорее запустив свой язычок.
Вкус был интересным и возбуждающим; помимо своего любимого нектара, я там чувствовался металлический привкус крови и небольшой вкус малиновой анальной смазки, которой она успела смазать дырочку попки.
Я вновь её вылизывал, и пусть в данной позе я не мог достать и поласкать её клитор, но как же это было чудесно провести кончиком языка по её сладким губкам, погрузиться в глубину её цветка, пройтись по нежнейшей кожицы отделяющей две дырочки и уткнуться в крепко сжатое колечко, пройтись по его кругу и нежно надавить на центр.
Я вылизывал всё, и меня не смущали ни капли крови, ни подсохшая смазка моей сестрички, ни капельки пота. И хоть я никогда не увлекался писингом и не хотел познать его, в тот момент я был уверен, что если бы она начала мочиться мне в рот, я принял бы это с радостью и до последней капли. Я языком разрабатывал ей попку, перенося смазочку из влагалища, но как только я хотел привлечь пальчики, она сказала.
проспорил ч.2