младших детей узнают, что он их отец. Рано или поздно они это сделают, и я хотел, чтобы он по возможности заплатил по полной. Не то чтобы я собирался оставить эти деньги себе - на самом деле я собирался разделить выплату на три равные части и создать трастовый фонд для всех моих детей.
Я связался с одним из адвокатов, которых мне подобрала Джэньюари, и приступил к делу.
Через несколько месяцев я чуть не сорвал все планы. 23 марта наступила наша 26-я годовщина, и я пригласил всю семью и родственников Трейси в один из лучших ресторанов города, «Паскуалоне», на роскошный ужин. Пока мы готовились к выходу, я наблюдал за тем, как Трейси украшает себя драгоценностями, и заметил маленький велюровый мешочек, запрятанный в угол нижнего яруса ее шкатулки. За эти годы я купил Трейси много красивых украшений, но не припоминаю, чтобы они были в велюровом мешочке. Я по рассеянности потянулся к мешочку, открыл шнурок и вытащил то, что оказалось двумя очень дорогими золотыми браслетами с множеством бирюзовых брелоков на них. Будучи финансовым человеком, я смог рассмотреть их достаточно долго, чтобы понять, что на одном браслете дюжина брелоков, а на другом - 11.
— Вау. Когда ты их купила? — спросил я, не успев толком подумать об этом.
Трейси оглянулась, покраснела и очень быстро забрала их у меня из рук.
— Эт... эти старые безделушки? — заикаясь, спросила она. — А, это просто безделушки, которые я приобрела в Норвегии около ста лет назад.
Она не смотрела мне в глаза, когда говорила это, и быстро положила их обратно в сумку и в шкатулку. И тут меня осенило: это, скорее всего, подарки от Марквиста, к которым каждый год добавлялся брелок в честь недели их совместной жизни. Возможно, она привозит их с собой в Норвегию и надевает в честь него.
Это заставило Трейси быть в напряжении до конца вечера. Я знаю, что Альф и Мардж заметили это, и думаю, что все трое детей почувствовали, что что-то не так.
++++++++++
Поездка Трейси в Норвегию была назначена на 14-21 августа. Она, как обычно, стоически переносила все это, и, зная то, что я знаю сейчас, я должен был восхититься актерскими способностями этой женщины. За несколько недель, предшествовавших поездке, она ничуть не изменилась. Если бы я не знал, что дети не мои, я бы подумал, что вся эта история была выдумана. Она даже поцеловала меня в губы на прощание, прежде чем в воскресенье утром отправиться на служебном лимузине в аэропорт.
Мой рейс в Осло, Норвегия, был позднее в тот же день. Я забронировал целую неделю отпуска, не сказав об этом ни Трейси, ни детям, ни родственникам. Есть вещи, которые нужно увидеть своими глазами, сказал я себе в январе, когда строил планы.
Я прилетел поздно вечером в воскресенье, взял напрокат машину и отправился в свой отель, который находился всего в нескольких кварталах от гостиницы, где «Йоханнсен» проводил корпоративные встречи и где останавливались приезжие сотрудники «Йоханнсена».
В понедельник днем я немного осмотрел достопримечательности. Осло - безусловно, красивый город. Судя по программе, которую мне показала Трейси, встречи будут заканчиваться в 4 часа пополудни, ужин с местными сотрудниками «Йоханнсена» был запланирован на 6 часов, хотя любой из американцев, кто хотел, мог отказаться от этого и самостоятельно осмотреть достопримечательности и поесть. Встречи заканчивались в пятницу в полдень, и у американцев оставалось полтора дня на осмотр города.
Я начал слоняться возле отеля около четырех, зная, что Трейси понадобится время, чтобы переодеться в нерабочую одежду. Я надел солнцезащитные очки и нацепил
Обмен